Golos Blogs

Латунный колокольчик вот уже три десятка лет переезжал со мной из одного дома в другой. Он висит у меня на стенке и хранит меня, как хранил до этого моих предков.

Прадед подарил его моему деду, а тот моему отцу. Отец отдал колокольчик мне, трехлетнему пацану, когда уезжал в экспедицию. А как колокольчик попал к моему прадеду, доподлинно неизвестно. На этот счет дед рассказывал мне семейную легенду, но это скорее красивая сказка...

Однажды прадед пошел на концерт университетской самодеятельности и взял с собой колокольчик, положив во внутренний карман пиджака. Во втором отделении высокая девушка в голубом платье удивительным голосом пела о бойцах, ушедших защищать планету от вторжения инопланетян. Ее облик и чистый необыкновенный голос вызвали странные ощущения в душе 25-летнего парня. Прадед почувствовал, как горячая волна нестерпимой болью отозвалась в нем.

Колокольчик в кармане трепетал и бился, словно пойманная птица. Прадед чувствовал, что задыхается,что сладкая боль наполняет всё его существо и зовет... Зовет к действию. В антракте он отыскал девушку. Так странным образом мой прадед познакомился с моей прабабушкой. Прадед считал, что это колокольчик помог, а прабабушка говорила, что с первого взгляда полюбила этого курносого паренька, который смотрел на неё восторженными глазами и не говорил ни слова...

Так или не так, узнать уже невозможно. Оба они уже идут по извилистым тропам Небесного Царствия, взявшись за руки так, как ходили всю жизнь по земной жизни.

Теперь этот колокольчик у меня и когда мне грустно, я всегда достаю его и рассматриваю. Это удивительным образом умиротворяет меня, дарит внутреннее спокойствие и защиту.

Но колокольчик не пассивный наблюдатель и домашнее украшение. Это надежный информатор... Уже не раз он предупреждал меня о грядущих неприятностях. Когда что-то происходит не так, колокольчик начинает вибрировать, издавая приглушенный звук. Он не звонит, а резонирует с пространством, словно гудит.

Когда я впервые услышал этот звук, то возникло ощущение, что где-то за окном пролетает самолет и гудит. Но никакого самолета не было и я тогда не придал никакого значения странному звуку. Осознание пришло позже, когда через год я отправился на Памир с приятелями... Колокольчик тогда гудел словно пчелиный рой и даже слегка раскачивался.

Из поездки на Памир меня тогда доставили вертолетом санавиации и я в полной мере осознал великую силу отцовского подарка.

С той самой поры я с суеверным ужасом отношусь к колокольчику и постоянно вслушиваюсь в его вещий глас.

Но, Слава Богу, колокольчик молчит. В обычное время, если дернуть за латунную цепочку, колокольчик звякает нежным звоном, который длится ровно одну минуту. Если же голос колокольчика глуховатый или он звенит не так звонко как обычно, то я начинаю тревожиться. А если звон его вообще пропадает, то тут уже впору беспокоиться всерьез. На моей памяти такое было уже два раза и оба раза колокольчик доподлинно знал о грозящей беде.

Но можем ли мы предотвратить грядущие неприятности? На этот вопрос у меня нет точного ответа... Дед говорил, что когда мой отец уехал, колокольчик упал со стены... А отца я больше никогда не видел.

Что было бы, если бы он не поехал в экспедицию, сказать не берусь. Только вот со временем мне стало казаться, что мы не можем изменить судьбу, но мы можем изменить время, через которое всё произойдёт! Только как это сделать?

Со временем мысль о том, что обладая такими знаниями, можно же что-то предпринимать, но ничего толкового мне в голову не приходило.

Я думал об этом непрерывно. И со временем эта идея стала просто-таки преследовать меня. Мне стало казаться, что люди смотрят на меня как-то не так, словно ожидая совета, подсказки, как им поступить в том или ином случае.

Более того, ко мне стали чаще обращаться знакомые и незнакомые мне люди, пытаясь понять, как им следует действовать. Даже дамы в деликатных ситуациях начали поверять мне свои тайны, спрашивая совета.

Виной тому был я сам, однажды подсказав одной гражданке путь к сердцу коллеги по работе. Они давно уже поглядывали друг на друга, однако оба робели, вот я и подтолкнул их слегка. Слух об этом разнесся по коллективу как лесной пожар и теперь я уже сам был не рад своей инициативе.

От чужих проблем начинала болеть голова и давить в висках. Выручал только колокольчик: стоило мне побренчать слегка и боль утихала. Я даже стал пользоваться им для подсказок коллегам при поисках выходов из житейских ситуаций и оказалось, что колокольчик может подсказывать и в этих случаях, нужно только научиться отличать тембр его звучания и правильно трактовать.

Такая игра стала увлекать меня и через некоторое время я стал понимать его голос намного лучше, чем прежде. Этому способствовал еще и хороший музыкальный слух, а также 4 года игры на скрипке...

В общем, так вольно и невольно я стал местной знаменитостью. Этаким Вольфом Мессингом районного масштаба.

Но эта игра внезапно превратилась в нечто иное...

В тот день я сидел у дома на лавочке и листал свежий номер “Metro”, ожидая одну знакомую, Киру, которая напросилась выслушать её с очередным “личным вопросом”. Я уже дважды помогал ей и оба раза она благодарила меня за подсказки.

Кира задерживалась и я стал посматривать на часы.
-Не ждите... Она не придет, -произнес рядом чей-то бесцветный голос. Я огляделся.
На скамейке рядом со мной сидел пожилой мужчина, почти старик, с легкой небритостью в синих домашних трико и пиджаке, надетом на майку.

-Бомж, -подумал я... Денег, попросит, видимо...
-Нет, мне денег не надо. А Кира не придет...
-А вы её знакомый? Она вас просила это передать?
-Нет, мы не знакомы с ней, -странно ответил старик. Посмотрел на меня своими бесцветными глазами и бухнул:
-Её нет в живых, она погибла.
-Как, погибла? Что вы такое говорите? Она звонила мне час назад.

Я вытащил смартфон и набрал Киру.
После третьего гудка ответил незнакомый мужской голос:
-Киру можно?
Мужчина объяснил, что он врач скорой помощи и выехал на вызов. Сбита женщина на углу Володарского и Кузнечной... Он записал с моих слов данные Киры и отключился.

Бомж терпеливо ждал пока я закончу переговоры.
Мы сидели молча, потом он неожиданно засуетился...
-Что же мы сидим, пойдемте, я вам всё расскажу, Вадим... Вам надо всё это знать....

Совершенно потрясенный случившимся, даже не обратив внимание, что старик назвал меня по имени, я побрел за своим знакомцем. Оказалось, что Никита Иванович жил тут же в моем доме в соседнем четвертом подъезде и тоже на третьем этаже. Четвертый подъезд в нашем доме пользовался дурной славой. Поговаривали, что его облюбовали какие-то подозрительные личности: то ли алкаши, то ли нарики, то ли торговцы краденным...

Мы поднялись в квартиру...

Вся комната была заставлена какими-то древними ламповыми телевизорами с тусклыми экранами. Некоторые из них светились и по их экранам бежала какая-то рябь. По каким-то телевизорам шли какие-то невнятные телепередачи, но основная часть, видимо, не работала.

-Сейчас, сейчас, повторял Никита Иванович, пытаясь вытащить из кучи этого радиолюбительского хлама какой-то сундук.

-Вот! -наконец достал он какой-то затертый до дыр саквояж, переживший, наверное, ни одного хозяина.

-Вот! -победно произнес он и посмотрел на меня со значением.

-Что? Что это? -мне весь цирк уже начинал надоедать. Мне ужасно захотелось домой, принять ванну, выпить рюмочку коньяку с долькой лимона, лечь, укрыться с головой мягким одеялом и заснуть. Новости последнего часа совершенно выбили меня из колеи.

-Вот! -еще раз произнес хозяин кожаного саквояжа и щелкнул замками. Я взглянул и ничего не понял.

Внутри саквояжа был встроен непонятного вида какой-то удивительный прибор. Передняя панель его была заполнена какими-то ручками и переключателями, кнопками и лампочками, а посередине голубовато светился экран размером с обеденную тарелку.