Ночная ведьма. Полёт окончен.

Прошедшей осень, в самом конце сентября, мы проводили в последний путь Ирину Вячеславовну Ракобольскую - одну из последних "ночных ведьм". И сегодня, в преддверии Дня Победы мне хочется хоть немного рассказать о ней и ее однополчанках. Мы, разумеется, не родные по крови, но наши учителя за годы учёбы и работы в университете становились нам родными по духу, так что я думаю, что имею на это право.

Заместитель заведующего кафедры космических лучей и физики космоса физического факультета МГУ, профессор Ирина Ракобольская в оды войны была начальником штаба "ночных ведьм" - легендарного женского авиаполка Марины Расковой,.

А для нас - учёный и преподаватель физфака МГУ, с лекций которой началась для меня физика космических лучей 30 лет назад. Это был самый понятный курс из всех курсов того семестра, первого семестра на ОЯФ,  его было приятно и интересно слушать. Вся наша учёба, не только моя, но и моего мужа с братом, многих наших друзей была связана с кафедрой, а значит и с Ириной Вячеславовной.
Нет, она не была доброй "всехней" мамой, суровая к себе и другим, но честная и справедливая, по мне это дороже стоит. А скольким людям она реально помогла...

Ирина Ракобольская
Источник фото

Ирина Вячеславовна не часто вспоминала  войну, хотя мы, конечно,  все знали о ее боевом пошлом. Но, как и большинство ветеранов, о войне она говорить не любила.

И то что у нее есть книги воспоминаний о войне даже не упоминала. Я нашла их в сети уже позже.

Вот что Ирина Вячеславовна пишет в своих воспоминаниях ( если будет возможность прочтите их полностью). Там много о вылетах, о потерях, но я все-таки приведу этот абзац про "котиков":

Нам выдали военное обмундирование. Но как мы неловко чувствовали себя в форме, когда надели ее в первый раз! Большие гимнастерки и брюки, длинные мешковатые шинели и — самое мучительное — сапоги от 40-го до 43-го размера. Мы звали их котики — от кота в сапогах.
Комиссар части Е. Я. Рачкевич учила нас заворачивать ноги в портянки. Ох, и ловко она это делала... Нам выдали на портянки белую пушистую бумазею, и девочки говорили: «Вот пеленки мировые».
Нарочно нельзя было придумать одежды, так сильно лишающей девушек привлекательности! (Если учесть еще фляги и противогазы на боку).
За годы войны мы научились перешивать гимнастерки по себе, резать шинели, появились более аккуратные сапоги (особенно если сравнивать их с унтами в галошах, то сапоги — это просто тапочки), и мы приобретали ладный, подтянутый вид.

И. Ракобольская. Другого такого полка не было...

Вот он, этот полк.

Полк на построении. 1942.

Источник фото

Я знаю, война - это очень страшно, это смерть и кровь, боль и грязь, мы помним генетической памятью. Но когда нам спустя 75 лет пытаются доказать, что это только грязь и страх, я не могу этому верить. Девушки оставались девушками, хотя фрицы и звали их "ведьмами".

Вот эти ведьмы.

Источник фото

Конечно, девчонки оставались девчонками: возили в самолетах котят, танцевали в нелетную погоду на аэродроме, прямо в комбинезонах и унтах, вышивали на портянках незабудки, распуская для этого голубые трикотажные кальсоны, и горько плакали, если их отстраняли от полетов. Мы сочинили 12 заповедей женского полка, и первая была: «Гордись, ты женщина!»

Ирина Ракобольская и Анна Еленина

(И были мужчины, которые об этом - что эти героические воины еще и женщины.)

Я помню, как была потрясена, когда вошла в комнату, где находилось не менее десяти генералов (командующий приехал со своими заместителями и, конечно, с Вершининым), чтобы доложить Бершанской, что в зале все готово. Я вошла — Рокоссовский встал, и за ним встали все остальные командиры. «Товарищ маршал, разрешите обратиться к командиру полка», — доложила, стою, и все стоят... Рокоссовский предлагает мне сесть, и все садятся тоже... До меня не сразу дошло — ведь это он встал передо мной как перед женщиной!

И. Р. Другого такого полка не было...

Ассиновская. Штурманы Н. Ульяненко, X. Доспанова, Е. Рябова, Т. Сумарокова, Р. Гашева, Н. Меклин
Источник фото

В туманные непогожие ночи на старте, когда в ожидании погоды и полетов экипажи сидели под плоскостями своих По-2, Женя Руднева любила рассказывать нам сказки. Тихим высоким голоском читала она баллады Жуковского, красивые истории о подвигах рыцарей, об их прекрасных дамах, рассказывала легенды о созвездиях — Волосы Вероники, Андромеда. Знала она их удивительно много... Надя Попова запевала нашу любимую:

Летят утки, летят утки и два гуся.
Ох, кого люблю, кого люблю, не дождуся.

Надежда Попова

И тогда забывались и дождь, и туман, и холод. И жизнь становилась такой красивой... Отыскивая на небе свою любимую Капеллу, Женя говорила мне: «Когда я гляжу на звезды, я думаю о том, как вернусь в Московский университет...»
И. Р. Другого такого полка не было...

Женя Руднева.

Только вот Жене и многим ее подругам вернуться не довелось, на мехмате МГУ на стене висит большая мраморная доска с именами погибших девушек лётчиц.

Война длилась долгих четыре года, но "пришел конец и ей самой..." (с)

Ирина вернулась в университет - доучиваться за себя и за тех, кто не дожил. А потом учить и физике и жизни еще многие поколения. Низкий поклон её от выпускников кафедры КЛФК физфака МГУ.

Вот что рассказывала о себе корреспонденту АиФ сама Ирина Вячеславовна  - совсем недавно, накануне 9 мая  2016 года.

Это интервью более раннее, подробное интервью "Большому Городу";  в августе 2012 - как сказано в его аннотации - " о женских авиаполках, ночных бомбардировках, актрисах, письме Сталину, написанном кровью на рубашке, научных экспериментах в метро и о том, почему война — не главное в биографии .

И ещё - когда я искала фото, в сети на stihi.ru попалось ее стихотворение  датой 2010 - только вдумайтесь, человеку было 90 лет...

Ирина Ракобольская

А я пожить еще хочу,
Когда идет весна,
И просыпается кругом
Природа ото сна.

А я пожить еще хочу,
Еще увидеть всех.
Скворцы в окошко застучат,
Растает мокрый снег.

А я пожить еще хочу,
Хочу увидеть сад,
И одуванчиков цветы
В окошко поглядят.

Я передать еще хочу
Всем близким и родным,
что я пока еще живу,
И улыбаюсь им.

А я пожить еще хочу,
Хотя мне много лет.
Но если скажете: "Пора"
Я засмеюсь в ответ.

А я пожить еще хочу,
И видеть все вокруг,
Когда голубки прилетят,
Чтоб поклевать из рук.

Фильм "Ночная ведьма" . Её муж и сыновья.

Да, у войны не женское лицо, оно вообще не человеческое, но Ирина Вячеславовна часто повторяла вслед за своим командиром Мариной Расковой -  "Женщина может всё! " 

Да, я знаю, женщина может все! Но и сейчас, когда ночами во сне мы снова видим огненный столб от догорающего самолета, нас особенно остро пронизывает чувство: этого не должно больше быть! Мы хотим, чтобы наши дети и внуки никогда не видели, как горят их друзья в самолетах и танках, никогда не задыхались в горящих городах, чтобы земля для них оставалась зеленой, прекрасной, мирной... Но для этого нельзя забывать о том, что было!
И. Ракобольская. Другого такого полка не было...

С уважением,
@maksina