Плачет киска в коридоре...

При всех плюсах, которые дарят нам кодовые замки на дверях подъездов, отсутствие подобного блага встречается еще довольно часто. Наш дом именно такой. Поэтому к маленьким неприятностям на лестничных площадках жители вполне притерпелись. И если утром обитателям первого этажа случается обнаружить закапанный бурыми каплями крови пол, второго этажа – пустые шприцы, а третьего – мирно похрапывающего под батареей бомжа, то за сердце никто не хватается и заявить, куда следует, не собирается. Отмывают пол и стены, выметают шприцы, выставляют вон распространяющего ароматы отхожего места мужичонку. Ну разве что ругнутся раз-другой при этом, да бабки-соседки посудачат, нагуливая дневной моцион на лавочке.
Но произошедшее недавно событие выбило из колеи всех обитателей подъезда.
Страдающая от бессонницы баба Маня ни свет, ни заря направилась было в подвал, но, открыв дверь на площадку, так и охнула. На ее коврике копошились и пищали четыре крохотных котенка. От роду им было дня два-три, они тыкались слепыми мордочками друг в друга и дрожали всем тельцем – от едва заметных ушек до тоненьких хвостиков.

Картинка
-Батюшки святы, - запричитала баба Маня и, обойдя котят, начала биться в двери к соседкам. – Егоровна! Семеновна! Любаня! – взывала она под каждой дверью.
Через пять минут четыре пенсионерки стояли полукругом у коврика перед дверью бабы Мани и, жестикулируя руками и клюшками, громко возмущались чьим-то бездушным поступком.

С третьего этажа спустилась женщина в железнодорожной форме. Увидев котят, пошутила:
-Наверное, у Кильки из пакета выпали.
-У какой еще кильки? – не поняли пенсионерки.
-Да бомжара этот проклятущий, Колька! Опять спит на нашей площадке. Мои пацаны его Килькой прозвали, потому что воняет от него, как от протухшей рыбы.
-Чего ж ты его не турнула? – вскинулась Егоровна.
-Связываться не охота. Муж пойдет на работу, так спустит по ступенькам, - и женщина заспешила по делам.

-Нет, это не бомжацкие котята, - приняв шутку соседки за чистую монету, начала рассуждать Егоровна. – А и точно! Видела я раненько из окошка, как тетка с пакетом зашла в подъезд всего на минутку – и обратно. Я еще подумала, что подъездом ошиблась. Она и есть котят-то подкинула.
-Вот ироды, - стукнула палкой об пол баба Маня. – Нешто так можно с живой-то тварью! Бога не боятся! А ведь сказано в святом писании, что на том свете первыми человеку встретятся кошка да собака. Вот уж точно спасибо не скажут такой бессердечной!

-И то верно, лучше бы утопила, - съязвил спускавшийся со второго этажа дед.
-Ты бы, Митрофаныч, взял котеночка себе, обогрел, вырастил. Глядишь – и подобрее бы стал, - обратилась к нему Семеновна.
-Вот сама и бери! - отрезал дед и пошел к выходу.
-Дак, у меня Пушок, не ферму же разводить, - словно оправдываясь, сказала ему вслед Семеновна.
-И у меня Муренка, и у Любани кошка есть, - поддержала ее Егоровна. – Ну, куда ж их теперь? Смотри, как раскричались.
-"Плачет киска в коридоре, у нее большое горе"… - продекламировал прыгавший сверху через ступеньку семиклассник Вовка.
-А тебе бы все зубоскалить, - зашикали на него пенсионерки. - Своих-то куда деваете? Поди, тоже подкидываете или в унитаз спускаете.
-Это вы, Вера Егоровна, спускаете, - парировал Вовка, - а у нас Маркиза стерилизованная.
-Конечно, таким барам, как вы, тыщи не жалко выкинуть на кошку! А вот попробуй прожить, когда от пенсии на все про все три тыщи остается, - села было на своего любимого конька баба Маня.
-Зато уж не нагрешишь, баб Мань! - хохотнул пацан и умчался в школу.

-Бабушки, миленькие, - взмолилась с третьего этажа молодая мама, перевесившись через перила, - прикройте чем-нибудь этих котят. Мне Катьку надо в детсад вести. А ее, если увидит их, без слез не оторвать будет.
В следующие полчаса все работающее и учащееся население подъезда прошло мимо старушек и котят. Каждый останавливался, качал головой, возмущался и спешил прочь, чувствуя себя неуютно, как-то даже виновато. Трижды, по просьбе мам, провожавших малолетних детей, бабушки выстраивались в ряд, чтобы вид несчастных котят не травмировал детскую психику.

Когда в подъезде все стихло, соседки немного еще посовещались. Затем самая шустрая из них, Егоровна, посадила пищащих с хрипотой котят в вынесенный из квартиры пакет и вышла на улицу.
Поговорив еще о том, о сем, пенсионерки разошлись по квартирам. Баба Маня, приковыляв на кухню и усевшись у окна, заметила, как Егоровна вышла из подъезда напротив стоящего дома, помахивая пустым пакетом…