971-го года у византийской крепости Доростол, расположенной на территории современной Болгарии, произошло сражение между войском великого князя Святослава Киевского и армией Иоанна I Цимисхия. В 970–971 годах князь Святослав предпринял свой второй поход в Болгарию, где после ряда сражений вынужден был обосноваться в крепости Доростол. Там его блокировала армия и флот византийского императора Иоанна Цимисхия.
Греки отмечали высокий боевой дух русов на протяжении всей осады. Ромеи смогли засыпать ров и приблизить свои камнемётные машины к стенам. Русы и болгары несли большие потери от их действия. Однако они стойко и храбро сражались три месяца, сдерживая сильного врага. Византийцы отмечали, что русские «варвары» предпочитают убить себя, нежели попасть в плен.
Постепенно, день за днем, греки с помощью стенобитных и камнеметных машин разрушали стены и валы Доростола. Русско-болгарский гарнизон редел, среди воинов было много раненых. Ощущалась сильная нехватка пищи. Дружинники сварили в котлах последних коней, отощали и ослабли.
Святослав решил, что пришло время для новой решительной битвы. 19 июля 971 года русы сделали большую вылазку. Она стала неожиданной для противника. Обычно нападения происходили ночью. Русские атаковали в полдень, после обеда, когда греки отдыхали и спали. Они разрушили и сожгли множество осадных машин. Был убит и начальник осадного парка, родственник императора, магистр Иоанн Куркуас. Затем греки шептались, что магистр Иоанн был наказан за свои преступления против христианских храмов. Он разграбил в Мизии (так греки называли Болгарию) многие храмы, считая болгар почти язычниками, а драгоценные сосуды и чаши переплавил в слитки.
Тризна дружинников Святослава после боя под Доростолом...
20 июля 971 года русские снова вышли в поле, но уже большими силами. В этой битве, по информации греков, погиб один из ближайших сподвижников Святослава – воевода Икмор. Он даже среди русских скифов выделялся гигантским ростом и срубил много ромеев. Его убил один из телохранителей басилевса Анемас. Гибель одного из больших воевод, да ещё и в День Перуна (русский громовержец, покровитель воинов, смутила русов. Рать отступила за стены города.
21 июля Святослав Игоревич собрал военный совет. Он спросил своих людей, как поступить.
Одни воеводы предлагали уходить, ночью скрытно погрузиться на ладьи. Так как продолжать войну невозможно: лучшие бойцы погибли или ранены. Также можно было проложить себе дорогу силой, бросить город, прорваться в леса и горы Болгарии, найти поддержку местных жителей, недовольных политикой бояр и греков.
Другие предложили замириться с греками, потому что будет сложно скрытно уйти, и греческие огненосные суда могут сжечь ладьи. Тогда Святослав произнёс речь, которую передал Лев Диакон:
«Погибла слава, которая шествовала вслед за войском русов, легко побеждавшим соседние народы и без кровопролития порабощавшим целые страны, если мы теперь позорно отступим перед ромеями. Итак, проникнемся мужеством, которое завещали нам предки, вспомним о том, что мощь русов до сих пор была несокрушимой, и будем ожесточенно сражаться за свою жизнь. Не пристало нам возвращаться на родину, спасаясь бегством; мы должны либо победить и остаться в живых, либо умереть со славой, совершив подвиги, достойные доблестных мужей!»
Как позднее вспоминали сами христиане, их спасло буквально чудо. Неожиданно началась сильная гроза, поднялся сильный ветер. Тучи песка ударили в лицо русским воинам. Затем хлынул ливень. Русским пришлось укрыться за стенами города. Греки приписали буйство стихии божественному заступничеству.
Цимисхий, потрясённый сражением и опасающийся нового боя или плохих новостей из столицы, если осада будет продолжена, тайно предложил Святославу мир. По греческой версии, мир предложил Святослав. Басилевс настаивал, чтобы русы сами обратились с мирными предложениями. Цимисхий считал умалением своей чести самому искать мира. Он хотел казаться Византии победителем. Святослав удовлетворил его тщеславие. Свенельд со свитой прибыл в византийский лагерь и передал предложение мира.
Святослав прибыл по реке на лодке. Он сидел на веслах и греб вместе со своими воинами, ничем не отличаясь от них. Выглядел великий князь так: среднего роста, ни слишком высокий, ни слишком мал, с густыми бровями, голубыми глазами, ровным носом, бритой головой и с густыми длинными усами. Глава у него была совсем голая и лишь на одном ее боку висела прядь волос, который означал знатность рода. У него была крепкая шея и широкие плечи, а все телосложение довольно стройное. Он выглядел пасмурным и суровым. В одном ухе у него висела золотая сережка, украшенная двумя жемчужинами с рубином, вставленным между ними. Одежда на нем была белая, и ничем кроме чистоты, не отличалась от одежды других.
Греки пропускали воинов Святослава на Дунае. Дали в дорогу хлеб. Греческие источники сообщили, что русские взяли хлеба на 22 тыс. воинов. Русский князь соглашался уйти с Дуная. Доростол русские оставляли. Ромеям отдали всех пленных. Русь и Византия возвращались к статьям соглашений 907–944 гг. Стороны снова считали себя «друзьями». Это означало, что Константинополь снова платил дань Руси. Об этом сообщалось и в русской летописи. Также Цимисхий должен был направить послов к печенегам, чтобы они освободили дорогу.
Таким образом, Святослав Игоревич избежал военного поражения. Мир был почётным. Византия снова считалась «партнером» и платила дань. Однако Болгарию, на которую у русского князя были большие планы, пришлось оставить и там устанавливалось византийское господство. Поэтому Святослав желал продолжить спор за дунайские земли, издавна принадлежавшие славянорусам. Согласно «Повести временных лет», князь сказал: «Поиду в Русь, приведу боле дружины».
На возвратном пути Святослав был неожиданно застигнут печенегами и погиб в схватке с ними.
Главный и самый подробный первоисточник о сражении у Доростола (971 год) — это «История» византийского писателя Льва Диакона. Именно на его текст опираются все позднейшие историки, хотя другие авторы (например, Иоанн Скилица или Георгий Кедрин) тоже упоминают эти события, иногда противореча Льву.
