Мужу моей тети во время войны пришлось многое пережить, а после войны он даже отбывал срок в лагерях Якутии. Об этом времени своей жизни он когда-то много рассказывал, но постепенно рассказы эти забылись. И только одна история не смогла затеряться в лабиринтах моей памяти.
Однажды, когда дядя был в лагере, захотелось ему поговорить с теми заключенными, которым приходилось убивать людей. Хотелось ему понять, что они чувствуют, как рассуждают. И вот как-то купил дядя бутылку водки, закуску и подсел со всем этим добром к одному такому заключенному. Вот что поведал ему этот человек.
Давным-давно этого мужчину вместе с другими взяли на работу в тюрьму. Спустя какое-то время им предложили стать расстрельной бригадой, то есть участвовать в расстрелах людей, которые почти всегда были массовыми. Отказаться те побоялись, ведь тогда это означало бы подписать приговор и себе.Как вспоминал заключенный, после первого массового расстрела всем членам их расстрельной группы стало очень плохо: состояние и физическое, и психическое было ужасное, всех рвало. Однако после следующего расстрела стало уже легче. Видимо люди привыкают даже к такому. Но самое страшное и непонятное началось потом...
Дело в том, что люди из расстрельной группы не нуждались ни в чем: для них создавались все условия, в том числе поставлялась отличная еда и самогон в неограниченном количестве. И вдруг, спустя какое-то время, бригада стала замечать, что все это хорошо пьется и естся только после очередного расстрела - буквально несколько дней после казни. Если же долго никого не привозили на казнь, аппетит у них полностью пропадал, самогон не лез в горло. Эти люди не находили себе места, не могли даже общаться друг с другом. Все ждали только одного - участия в следующем расстреле.
Сам рассказчик и участник всего этого считает, что в них кто-то вселился - какой-то демон. И все же очевидно одно: как опасно для любого человека перейти такую черту, такую грань, миновав которую он уже никогда не станет прежним.
Любовь Николаевна Беккерг. Каменск-Уральский Свердловской обл.
Получается, что таких людей-нелюдей нужно держать в строгой изоляции. И вот тут непонятен вопрос по судьбе карательных отрядов. Их после войны куда девают ?
А что в Израиле делают укольчиком??