См. также:
МНОГОСЕРИЙКА про работу (серии 1, 2); МНОГОСЕРИЙКА про работу (серии 3, 4, 5); МНОГОСЕРИЙКА про работу (серия 6, 7, 8); МНОГОСЕРИЙКА про работу (серии 9, 10, 11); МНОГОСЕРИЙКА про работу (серии 12, 13, 14); МНОГОСЕРИЙКА про работу (серии 15, 16, 17, 18); МНОГОСЕРИЙКА про работу (серии 19, 20, 21); МНОГОСЕРИЙКА про работу (серии 22, 23, 24)
МНОГОСЕРИЙКА про работу (серия 25: "Идиоты – все, и я тоже")
Истина? Вы хотите истину? Так её можно познать только в армии, ну, немножко на госслужбе. В чём тут разница? На гражданке к тебе все ломятся, в армии реже, если ты начальник, тебя лучше обойти стороной, и худо-бедно, в армии можно и посылать. Ведь стара пословица: в армии нужно держаться подальше от начальства, и поближе к кухне.
А идиотов – о-ё-ёй. Бывают такие, что за час вынут всё. И останетесь опустошёнными, если без подготовки. А занимающие самые высокие посты в иерархии – самые занудные, они всё своё время тратят на ерунду, и избавиться от них сложно. Поэтому, ещё неизвестно, кто более зануден – приходящие на приём, или же спускающие сверху разные указивки.
Всех идиотов нужно в рамки ставить. И в буквальном смысле, и в переносном, говоря об их фотографиях. Можно даже не подписывать. Не, потом, когда сдохнет очередной, можно и подписать. Так, для родственников. Больше никому это не нужно. В общем, со всех сторон – идиоты. Те, которые приходят, и те, к которым приходят. Не говоря уже о тех, кто выше сидят. Так мы и живём.
Кто такой госслужащий? Скотина, которая обладает правом принять на работу любого, на ту самую работу, на которую его самого поставили! И их число, этих скотин-бездарей, постоянно растёт. Они умеют создавать работу для самих себя. Это тоже нужно уметь делать. Нет?
Они, как книжки в библиотеке. Самые нужные – на самом верху, хрен достанешь. Как с ними бороться? Я догадываюсь. Только это очень болезненная операция – оторвать суку от его кресла.
(Идеальный госслужащий)
Кто не помнит, напомню. Борис Николаич в своё время хорошо сказал о Черномырдине: "Большую жизнь прожил: побывал и сверху, и снизу, и снизу, и сверху!" Что тут можно добавить? Только – Аллилуйя.
Ой, слово-то употребил…
"… Аллилуйя возлюбленной паре,
мы забыли, бранясь и пируя,
для чего мы на Землю попали,
Аллилуйя любви,
Аллилуйя любви,
Аллилуйя любви,
Аллилуйя …"
Вот она, настоящая работа! Мастерство невозможно пропить. Вознесенский, Рыбников, Караченцев… Мой низкий поклон.
Сегодня – минус два. Как жить, если вчера – минус пять, а до этого три дня – минус тридцать?
При прыгающих температурах за бортом трудно с давлением справляться. Я – вообще за стабильность. За правильность. Ну, какая разница, какую должность вы занимаете? Вы же в любом случае представляете себя в другой. Нет? Да не поверю. Вообще, вот что заметил: чем длиннее называется ваша должность, тем ниже её статус. Поэтому меня зовут просто: svibor. А что? Свиридов Борис, ничего более. Никаких должностей и не надо.
Вообще, людишки практически все одинаковы. Только вот устраиваются по-разному. Так и посты занимают тоже разные, но к каждому есть ключик, просто его нужно найти. Да, надыбать должность – это всего лишь полдела. Её и купить можно. Но ведь надо удержаться на ней, а это намного сложнее. И главное тут – не состариться в этой должности.
Бочку катят на Путина, мол, старик уже, пора и молодым дать место. Да нет, таких стариков, которые водят боевые машины, управляют боевыми самолётами и окунаются в прорубь на Крещение – поискать надо. Это в своё время Брежнев превратился в маразматика на работе, Ельцин спился, Горбачёв – да это вообще ругательное слово. Моё мнение – некем сейчас заменить Путина, и он на работе не состарился.
Знаете, в Афгане как-то услышал, что Аллах возвращает разум тому, у кого отбирает должность. Там вообще должности не в почёте. Ни к чему это. Слишком много стрельбы, и пуляют куда не попадя. А как с мишенями быть? Вы не знаете, кто это. Лучше и не знать. И сами тоже мишенью выступаете.
То, что водка – это первое душевное лекарство, понятно. Только дело совсем не в алкоголе, компах, не в Интернете и не в давлении. Забудьте о них, тут – дело в столах. В самых обычных канцелярских столах. Потому что они пускают корни. Сидящих за ними уже не переделать, не перенастроить, не перезапустить и не перезагрузить. Нет?
(Стол пускает корни)
МНОГОСЕРИЙКА про работу (серия 26: "Никчёмность рабочих комитетов")
Рабочие комитеты или группы, создаваемые на фирмах для решения текущих вопросов, естественно, состоят из людей, которых туда нехотя выдвигают совершенно ни в чём не заинтересованные люди. Они знают, что эти аморфные кучки не в состоянии решить ни одного вопроса по двум основным причинам: их компетенция либо вообще нигде не прописана, либо изложена так расплывчато, что ничего нельзя понять, и каждый из членов абсолютно ни в чём не разбирается.
Поэтому на свои совещания либо заседания члены этих комитетов (групп) также собираются нехотя, сознавая, что это – самый сложный и трудоёмкий процесс бездельничания, но неизбежный: раз тебя выдвинули, ты должен говорить что-то умное. И это в то время, когда можно было бы поиграть за компьютером с чашечкой кофе на столе, или же покоротать время в курилке с товарищем по работе! Это несправедливо, нет?
Но заседание есть заседание, от него никуда не спрячешься, потому что программа растраты рабочих часов заранее расписана по минутам…
(Комитет человечков)
В общем, любой комитет – это группа лиц, каждый из которых в одиночку не способен ни на что, а собравшись вместе, они решают, что тут ничего нельзя сделать. Решение принимается единогласно или большинством голосов, и все начинают чувствовать не только свою занятость, но даже и значимость. Нет?
Но так поступают постоянные комитеты. А есть ещё временные (хотя, если задуматься, постоянного-то ничего и не бывает), собираемые для конкретного решения внезапно возникающих задач – к примеру, воровства в организации или затопления склада готовой продукции. Таким приходится намного тяжелее: никуда не отлынишь, а какие решения следует принимать, никто не знает, но решение должно быть принято, здесь нельзя отвертеться. В постоянных-то свою некомпетентность можно спрятать за спинами других, а тут – все на виду.
(Рабочий комитет голосует)
Ни одно из совещаний никогда не порождало ни одной хорошей и правильной мысли. Единственная польза – они иногда рубили на корню некоторые идиотские предложения, так опять же из-за того, что не мыслили ни в чём, просто так получалось. Надо ведь показать свою важность, вот и отказывали.
А почему на совещаниях этих комитетов их члены не всегда приходят к единому мнению, и иногда решение вопроса даже переносится на следующий срок? Да потому что перерывы между заседаниями надо делать более длинными. Нет?
Сама необходимость в проведении совещаний продиктована в первую очередь индивидуальными внутренними решениями членов комитета узаконить ничегонеделание. Это является их главной и единственной целью. В одиночку не всегда бывает сподручно, а так – будет официальное решение.
(Узаконим!)
Если говорить об эффективности проводимых совещаний, то можно заметить интересную закономерность: она всегда обратно пропорциональна как убитому времени на обсуждения, так и числу присутствующих при этом. Нет?
Коллегиальность – скользкая штука. С какого числа присутствующих она начинается? С двух, с трёх, с пяти? Наверное, с трёх. Только вот ведь что получается: из этих трёх двое могут и не присутствовать по уважительным причинам. Так решение-то всё равно принимается! И будет считаться, что оно принято коллегиально!
Также об обратной пропорциональности можно говорить, сопоставляя, с одной стороны, количество выступающих и время их выступлений, и с другой – сложность вынесенного на обсуждение вопроса.
Если вопрос сложный, хорошо, хоть два человека чего скажут. Их "речи" будут коротки, потому что они не знают ничего, но всё-таки ведь высказались, остальные-то промолчали. А вот если вопрос простой – точно, каждый из присутствующих посчитает своим долгом выйти на трибуну, и будет говорить долго, нудно и сбивчиво. Нет?
(Все говорят)
Помню, в детстве читал "Книгу юности" Леонида Соловьёва. Ситуация: бойцы под жгучим солнцем, отмахиваясь от слепней, сидят на траве.
"– Товарищи бойцы! – сказал комиссар. – Сейчас товарищ профессор сделает нам доклад…
Он запнулся, заглянул в бумажку, лежащую на столе, и с усилием закончил:
– Селекция и мутация… Товарищ профессор, прошу.
Чистенький старичок встал, надел очки и начал тоненьким дребезжащим голоском, пришепётывая и шепелявя…
Он говорил долго, нудно, и всё о селекции, а впереди ещё предстояла мутация…"
Ещё одна интересная закономерность: если для решения вопроса необходимо проводить несколько совещаний, то они, эти совещания, обязательно выйдут на первый план, то есть станут много важнее самого решаемого вопроса.
Всегда очень сложно найти кого-то для выступления с докладом. Его не может делать человек некомпетентный. Такие должны выступать в прениях, чтобы была хоть какая-то видимость решения вопроса. Поэтому в каждом конкретном случае нужно находить самого компетентного из числа полностью некомпетентных. Нет?
(Нашли одного!)
Как правило, в организации есть человек, способный за один день решить возникшую проблему. Как говорится, одна голова – не только хорошо, но и вполне достаточно. Только так поступать нельзя. Зачем же тогда избирался комитет или формировалась рабочая группа? Пусть они решают, хоть и в течение месяца, двух, трёх. Правда неизвестно, что они решат, и придут ли к правильному мнению. Зато коллегиально! Нет?
"Коллегиально" означает "сообща". Что же, получается, что концы в воду, и спросить не с кого? Не тут-то было. Исполнение принятого решения поручается конкретным работникам, которые и будут отдуваться за идиотизм, к которому они не имеют никакого отношения!
В своё время эта форма узаконенного рабства была придумана тем же дедушкой Лениным, и реализовывалась она путём дачи партийных поручений. Некоторое время в армии я служил в должности секретаря партийной организации отдельного батальона, и сам на партсобраниях раздавал письменные партийные поручения, над текстом которых красовались слова Ильича: "Обсуждение – сообща, а ответственность – единолична" (В.И. Ленин, "Новая экономическая политика и задачи политпросветов". ПСС, т.44, стр.165). Как-то так.
МНОГОСЕРИЙКА про работу (серия 27: "Что за звери такие, СДОУ и СЗ?")
На последнем месте работы столкнулся с такой непонятной (не только для меня) службой – СДОУ. Эта аббревиатура расшифровывалась как служба документационного обеспечения управления. Молодая миловидная женщина, возглавлявшая эту службу, в самом начале работы организации сидела в том же кабинете, что и я, и на двоих своих подчинённых, сидевших на ресепшен, смотрела через окошечко.
Вот оно, это окно, вид со стороны холла с ресепшен, а за окошком – наш кабинет:
(Фото автора)
Из лекции, прочитанной ею нам, следовало, что эта служба – самая главная в организации, что вызвало у всех улыбки. Но буквально через месяц мы поняли, что она была права. Через неё (через службу, ею возглавляемую), шёл абсолютно весь документооборот. Мы вместе проработали в организации по 6 лет, и даже спустя 6 лет после начала работы (мы стояли у истоков и начинали всё с нуля), запросто можно было найти абсолютно любой документ, даже 6-тигодичной давности.
Служебная переписка велась посредством внутренних и внешних СЗ – служебных записок. Внутренние СЗ – это переписка внутри организации, внешние СЗ – это переписка либо с центральным офисом, либо с другими филиалами.
Бланки СЗ (самые элементарные, но тем не менее), разрабатывались головным офисом, менялись, сколько помню, один раз, в связи с незначительным изменением логотипа организации.
Всё было чётко: номер входящий или исходящий, дата, наименование документа, и скан его самого. Всё это было разложено по службам, по годам, месяцам и дням, можно было искать по поисковику. Все аптеки отдыхали. Переписка с поставщиками и иными организациями оформлялась служебными письмами.
(Резолюция Генерального директора такова: "Если не докажите, что трещина образовалась давно, бутылку будете купит сами!" (Фото автора))
Служба занималась и почтой, и отправкой сотрудников в командировки, и … да чем только девчонки не занимались! Понятно, что и чай-кофе Гендиректору и гостям, то есть функции секретарские тоже исполнялись в полном объёме.
Никогда не думал, что СЗ займёт главенствующее место в жизни, а оказалось, что на словах можно объясняться в любви, или смешить компанию анекдотами, а вот на работе надо всё излагать в письменном виде.
– Изя, почему ты не отвечаешь на моё письмо, я обратился с просьбой, что не по телефону.
– Почему же в конверте только письмо?
– Таки просьба в письме!
– Вот оно и не дошло! ©
СЗ очень часто могут вызывать улыбку, а уж объяснительные записки тем более.
(Объяснительная – Бухнул.)
(Я долбоёб, простите … Абсолютно согласен … Не возражаю …)
Очень важны в служебной переписке знаки препинания. Вопросительные знаки ставить нельзя, потому что адресат может подумать, что вы сами не разобрались в том, о чём пишете. Нет?
Восклицательные знаки тоже ставить нельзя, если они присутствуют – значит отправитель всем доволен, и можно вообще не отвечать на это письмо. Нет?
Ни в коем случае нельзя использовать многоточия: они говорят о том, что вы не обо всём договариваете, держите камень за пазухой. Нет?
И тире – штука опасная. Получатель письма может подумать, что вы тянете резину, значит, сами сомневаетесь в верности написанного, что же хотите от него самого? Нет?
Кавычки тоже нельзя использовать. Это же самое настоящее инакомыслие, и с такими людьми никто не хочет иметь дела. Нет?
Приводить какие-то выдержки из других писем, из статей законов, из практики и т.д. – нежелательно. Адресат сразу подумает, что вы не можете ничего сформулировать сами, значит, слабы, и нет смысла вступать с вами в переписку. Нет?
Если вы ставите запятую, значит, переводите дыхание, если ставите точку – значит, остановились, чтобы ещё раз подумать. Ну так думайте, можно было вообще не писать, не подготовившись, не нужно у других время отнимать. Нет?
Есть золотое правило: не отвечать на первое письмо до тех пор, пока не придёт второе по тому же самому вопросу. В ответе (независимо от содержания письма) можно сосредоточиться только на одном: что первое письмо вы не получали, и очень этим удивлены, даже озадачены. Третье письмо по этому вопросу не следует регистрировать – не было его вообще! Очень даже вероятно, что четвёртого письма и не будет, то есть вопрос решится сам собой как таковой. Нет?
Если всё-таки четвёртое письмо придёт, можно ответить, что дана команда проанализировать обстановку, сопоставить факты, провести экспертизу, обмозговать целесообразность, назначить комиссию, привлечь юристов, да много чего можно ответить. Отправитель в этом случае будет уже рад, считая, что решение вопроса сдвинулось с мёртвой точки.
Вопрос с анонимными письмами решается ещё проще. Если вы человек воспитанный, не отвечайте. Но проверить изложенное – очень даже не лишним будет. А вдруг правда?
(Продолжение следует)
_cr.jpg)
