Увольнение по Североамерикански - Послесловие

Телефон повибрировал по столу, оповещая о приходе нового смс или письма. Я мельком взглянула на экран и мои глаза округлились: «Привет! Это Никки - надеюсь, ты меня помнишь, мы вместе работали на прошлой работе. Я очень сожалею о твоем увольнении и очень хотела бы с тобой поговорить. К сожалению, мне не удалось раздобыть твой email раньше, поэтому пишу только сейчас. Как насчет того, чтобы как-нибудь пообедать вместе?». Я была очень удивлена спустя примерно месяц получить от нее такое письмо.

• Привет, Никки! Конечно, я с радостью, пообедаю с тобой вместе. Только я обычно очень занята в будни, но на выходных, если тебе удобно, мы могли бы встретиться, - ответила я. На тот момент я уже работала на новом месте, но терять контакт с таким хорошим человеком мне не хотелось.

Никки была продюсером шоу и сериалов, которые снимал канал. Часть контента, который показывал канал на кабельном телевидении, был покупной, а часть - созданный здесь, в Ванкувере. Никки окончила школу режиссуры и продюссирования, среди ее знакомых были монтажеры, актеры, инженеры по свету и многие другие творческие личности, от работы которых лично у меня замирало сердце. Никки пришла в компанию на стажировку по окончании своей учебы, а потом так и осталась работать и «отмотала уже более 7 лет».

Сначала от нее не ждал никто ничего сверхъестественного, но когда первое отснятое ею шоу за весьма скромный бюджет захотели купить европейские партнеры, ее карьера пошла вверх. Ей стали доверять более значимые проекты и выделять более весомые бюджеты. Она со всех сторон была очень интересной для меня личностью: творческой, образованной, да при этом и давно работающей в компании, а значит способной рассказать мне «что-то очень важное и любопытное».

Встречу с ней я ждала с нетерпением. Мы с ней засели в уютное кафе и минут 5 мялись, не зная как начать разговор. В момент моего увольнения, Никки не было в офисе. Да что уж там, ее даже в городе не было: съемки некоторых эпизодов шоу, над которыми она работала, требовали командировок. Например, на тот момент Никки снимала сюжеты, посвященные реальной жизни геев и проблемам, с которыми они сталкиваются. Она выбирала известных геев, живущих в разных уголках Канады (что-то типа лидеров мнений или лидеров комьюнити) и договаривалась о личных встречах, а потом снимала сюжеты о том, чем они занимаются, с какими проблемами сталкиваются, как ищут любовь и прочее-прочее. При этом сама Никки была гетеросексуалкой, счастливо выскочившей замуж и мечтающей о большой семье.

Я рассказала Никки о том, как меня уволили, какой разговор у меня состоялся с Майклом и какие претензии он мне предъявил в качестве «несовместимых с жизнью» и работой с ним. Она была шокирована. Она не верила своим ушам: НО!, - возразила она: «Тебя же брали не на эту работу, ты не должна была это делать! Но не волнуйся: у меня есть новости для тебя. Майкла уволили и уже неделю, как он не работает в компании». Тут уж настала моя очередь не верить сказанному. Я знала, что рано или поздно Брэд поймет, кто и что из себя представляет, но я не думала, что возмездие наступит так скоро.

Мне хотелось подробностей. Никки их не скрывала. После того, как Майкл меня уволил, он попытался уволить еще 3 сотрудников компании, выставляя их как людей «неспособных выполнять свои обязанности». Нюанс лишь заключался в том, что когда я оказалась в такой ситуации, меня некому было защитить - моим непосредственным руководителем являлся сам Майкл. У других же ребят были свои начальники, которые видели КАК и ЧТО они делают и всячески отстаивали их перед руководством, демонстрируя успешные результаты работы своих подчиненных. Когда же дело касалось самого Майкла и результатов его работы, на деле оказалось, что он делал ровным счетом ничего. За 2 месяца работы он только и умудрился, что поменять хостинг сайта и создать несколько посадочных страниц для рекламы, которые остальные люди сочли уродливыми и никогда не пригодными для дальнейшей работы.

Кроме того, выяснилось, что Майкл был очень неуживчивым человеком: за тот месяц, что я уже не работала в компании ему удалось поссориться практически со всеми, при этом он явно демонстрировал неуважение по отношению к своим коллегам - к некоторым потому, что они были «не белыми», к другим - потому, что они были слишком молодыми, а особое положение «нелюбимчиков» у него занимали молодые гетерексуальные женщины, которыми оказались я и Никки.

Мое увольнение стало для всех шоком: в первую очередь потому, что со мной достаточно быстро попрощались. Обычно так не делают: понимание, что человек «не тот» обычно приходит во время собеседования и ему просто не делают предложение о работе, а понять, что человек плохо справляется с работой и не готов учиться за месяц практически нереально (да и не было такого в моем случае, так как я активно взаимодействовала с другими коллегами и они видели мою «прыть»). Дальше по капле начали всплывать и другие ситуации, эпизоды лжи Майкла относительно работы и меня в том числе, например. Так, он не разрешал мне пользоваться помощью других ребят, которые могли (и как в последствии оказалось ДОЛЖНЫ были) помогать мне с графической отрисовкой изображений для рекламы и проверкой рекламных текстов, ссылаясь на то, что у них много работы и я не имею права их от нее отвлекать. Начальству же он врал, что я не проявляю интереса и не пытаюсь решить эти вопросы. Мне кажется, что от меня ему было очень удобно и необходимо избавиться: объективно, я знала больше него и была больше подкована в техническом плане, но у меня были «узкие места» - например, не совершенное знание английского языка (хотя для данной профессии оно и не требовалось) и непонимание корпоративных процессов и войн, так как я была совершенным новобранцем во всем этом. Этим всем он грамотно и воспользовался.

В завершении разговора Никки шокировала меня еще больше. Она сказала, что они начали подыскивать нового человека на место Майкла и поняли, что им должна стать… Я! Она спросила меня, не хотела бы я подумать о том, чтобы вернуться на прежнее место и попробовать все снова. Но я отказалась. Это уже не моя война. Я проиграла одно большое сражение. Оно сломало меня, разбило на миллионы кусочков в дребезги. Но как выяснилось многими днями позже - я выиграла свою большую войну.