Переговоры в Стамбуле: тогда зачем это всё было? Разбираемся и пробуем понять

Вчера, 29 марта, впервые проявилась готовность российской стороны к мирным переговорам. Для агрессивного меньшинства ура-патриотов такая риторика вызвала бурное возмущение в стиле "Зачем тогда всё это было нужно?".

В том то и дело, что война началась бесцельно и целый месяц идёт просто так. То, что было заявлено целями, – денацификация и демилитаризация, – на самом деле является поводом, а не целью. Таких целей невозможно достичь, а результаты таких целей невозможно оценить и зафиксировать. Это как гопник в подворотне, спрашивает у прохожего "Закурить есть?", но явно не сигареты являются его настоящей целью.

И вот, когда началась конкретика, оказалось, что изначально российские переговорщики озвучивали ультиматумы. А после месяца "спецоперации" и успехов ВСУ на фронте эти требования никуда не годятся. Пора спуститься с небес на землю, что, собственно, и произошло.

Реальные цели военной "спецоперации" со стороны России: легитимизация ДНР и ЛНР, их расширение до границ Донецкой и Луганской областей + сухопутный перешеек до Крыма, для облегчения логистики.

Ни о каком взятии Киева, ни за три дня, ни за 333 дня, речь уже не идёт. Тем более не идёт речь о смещении законно избранного президента, парламента и правительства Украины и замены действующих государственных институтов власти на прокси ставленников от РФ.

Итоги переговоров. Что они означают?

Во-первых, украинская сторона предлагает Крым и Донбасс вынести за скобки на долгие годы (обязуясь не решать их вопрос военным путем) и впервые детально расписала план объявления нейтрального статуса (с отказом от курса на вступление в НАТО, получением международных гарантий безопасности Украины от постоянных членов Совбеза ООН и ещё ряда стран с 3-дневным их реагированием в случае агрессии).

Но ключевым в этом плане является даже не его суть, а схема его имплементации. Она подразумевает референдум в Украине, ратификацию в Раде, ратификацию в парламентах стран-гарантов.

При этом, как неоднократно заявляла украинская сторона, референдум может состояться только после вывода российских войск из Украины. То есть, Киев предлагает сначала вывод войск, а потом уже начало реализации плана по нейтралитету.

И можно было бы сразу сказать, что Россия в таком виде этот план отвергнет, если бы не заявления представителей РФ.

Во-вторых, заявления представителей России были неожиданно позитивными с точки зрения мирного процесса. Они подтвердили, что получили предложения Украины и передадут их Путину, а далее озвучили два момента: Минобороны РФ заявило о «кардинальном снижении» активности российской армии около Киева и Чернигова с учетом «начавшегося переговорного процесса». А Мединский впервые заявил о возможной встрече Путина и Зеленского – сразу после парафирования главами МИД договора между Россией и Украиной.

В-третьих, практическое значение обещания Минобороны РФ снизить активность под Киевом и Черниговым с чисто военной точки зрения минимально. В последние недели российская армия там и так не наступала, закрепляясь на уже занятых позициях. А основным направлением удара уже давно выбран Донбасс. Выход на границы Донецкой и Луганской областей официально обозначен РФ как главная цель всей «спецоперации» России (а это подразумевает, что в случае выполнения данной задачи «спецоперация» будет прекращена).

Но это все-таки первый, пусть и декларативный, шаг по деэскалации с начала войны.

Не исключено, что он сделан для того, чтобы укрепить позиции Зеленского внутри Украины и в общении с Западом. Чтоб ему было легче обосновать необходимость договоренностей с Россией.

В-четвёртых, не очень понятно, что происходит по другим пунктам переговоров и требований России («денацификация», «демилитаризация»), мало конкретики по статусу Крыма и «ЛДНР», кроме того, что Украина предлагает этот вопрос «вынести за скобки» на длительное время. Также совсем непонятно готовы ли названные Арахамией страны-гаранты давать гарантии безопасности Украине.

Ну и главное, нет четкого понимания того, как будет увязана реализация договорённостей с прекращением боевых действий и выводом российских войск. Но в целом это, пожалуй, первые переговоры, которые дают некий, хотя и очень осторожный, оптимизм по поводу скорого завершения войны.

В-пятых, общее развитие ситуации также подталкивает стороны к скорейшему прекращению войны.

Очевидно, что продолжение войны не принесёт быстрой победы ни одной из сторон. Война все больше выглядит как битва на истощение обеих воюющих стран. Россия несет большие потери на фронте и экономические (из-за санкций) в тылу. Потери же Украины вообще не поддаются подсчету, так как кровавая и разрушительная война ведётся на территории нашей страны. И чем дальше она идет, тем больше эти потери и тем более катастрофические последствия для украинского народа и государства. А теорию о том, что нужно еще воевать долго, в ожидании, что Россия истощиться, Зеленский не разделяет. «В НАТО есть те, кто не возражает против долгой войны, потому что это будет означать истощение России, даже если это означает гибель Украины», – сказал Зеленский в интервью журналу Economist.

Таким образом, быстрое завершение войны в интересах и России, и Украины. А потому нужно выходить на компромиссы и договариваться. Хотя понятно, что в нынешних условиях это будет очень тяжелый и очень сложный путь.