Зеленая ветка, растущее благо,
глотая нектар грозового озона,
взрослела и знала, что станет бумагой,
не просто бумагой - бумагой особой.
Отменной, отборной. И вечером черным
под облаком-шапкою мягкого света
хранить будет формулы смелых ученых,
а, может быть, мудрые мысли поэта.
Но смысл и домысел - разные силы.
Кто станет считаться с ничтожною веткой?
Решил сортировщик надежд древесинных,
что быть этой ветке обычной салфеткой.
Салфеткой... Хранилищем тайным объедков...
Приставкой к салатам, нарезанным всуе.
И вместо чернил, темно-синих и едких,
покорнейше впитывать пьяные слюни.
Громады бумаги, белейшей и писчей,
лежали, как дальний несбыточный остров.
С презрением, вызванным новым обличьем,
ее провожали вчерашние сестры.
А позже - кабацкая вечная копоть.
Безликие ночи. Мышиные тени.
...На мятой салфетке, под крики и хохот,
две строчки дописывал дерзкий Есенин.
автор: Виктория Тищенко
Круто!
Спасибо Вам громадное!
Интересные мысли @victoriaty
Спасибо Вам огромное! )))
А писал он на этой салфетке такие строки:
Я люблю когда мочатся женщины,
Когда пахнет мочою живот!
Ах как хочется, хочется, хочется к мокрой жопе прижаться щекой.
А вообще я против пошлости, извините Я не уверена, что эти слова из анекдота принадлежат перу Есенина. Но знаю, что Сергей Александрович на самом деле и похлеще писАл. Однако зачем об этом упоминать?
История об это умалчивает...