Она начинает с того, что ругает «дремучие мифы», продолжает примером слов Шендеровича, которые по логике текста должны демонстрировать те самые мифы, и тут же высасывает эти мифы из пальца или как-то ещё снимает дискомфорт, поскольку у Шендеровича ничего нет про равенство секса и потребности в еде.
Аргументация имени соломенной чучелы продолжается многословием с рассказом о том, как мужчина выдумал себе чувство вины на ровном месте, хотя ни о каком вине Шендерович ведущий не говорил:
Однажды меня позвали на дискуссию «Политика и культура во время войны». Вместо речей я предложила всем присутствующим… молча поразмышлять над этой темой, а потом поделиться: насколько размышление удалось и какие случайные мысли в него вклинивались.
Когда две минуты прошли, один из слушателей поспешил возмутиться: «Я чувствовал себя как в пионерском лагере во время сончаса! Вы хотите навязать мне чувство вины? По какому праву?!» Но я не говорила и не думала о вине. Он сам создал внутри себя этот контекст и ощутил себя обвиняемым невинным ребенком.
В итоге получается яркая иллюстрация пословицы про бревно в глазу, хоть сейчас в словарь. И два сопутствующих вопроса для вовлечения аудитории:
Как же он служил в очисткекуда смотрит редактор, пустивший этот материал в печать?- Неужели я тоже так делаю? Сейчас не про онанизм, а про отстутствие логики рассуждений. Ткните в меня, пожалуйста, пословицей.
- Третий вопрос, чтоб далеко не ходить («ага, он не умеет считать, а ещё на логику ругается!»): как вообще шизофреники попадают на страницы прессы? Я про Эпштейна уже второй пост пишу, даже не
приходя в сознаниепогружаясь в тему, могу ещё третий написать, не хуже Букши и Шендеровича, с кликбейтным заголовком «Эпштейн как материнский образ», кто возьмёт? Новая газета ру или сразу бибиси?
