Тема недели: хобби. Я не имею права на жизнь - только на хобби.

При слове «хобби» я до сих пор немножко вздрагиваю, потому что это был один из обязательных экзаменационных топиков при изучении иностранных языков в школе – а там я их учила четыре. Проблема заключалась в том, что хобби у меня не было – в моей семье это просто не поощрялось. Папиным «хобби» был просмотр телевизора. Кроме этого, он еще работал и ел. Мама жила под лозунгом «лучший отдых – это смена видов деятельности». Ну а меня заставляли пахать, и пахать, и пахать по учебе. В 8 утра ухожу в школу, в 16.30 из школы прихожу, в 18.00 репетитор, вечером домашние задания, четверка в четверти карается расстрелом, на вопрос «Можно мне пойти погулять с друзьями?» реакция такая же, как на вопрос «Можно я возьму пулемет и буду стрелять по пенсионерам на лавочках?».

В режиме концлагеря выбор хобби у меня оставался небольшим. К счастью, я с самого юного возраста влюбилась в чтение. Читать научилась абсолютно самостоятельно за несколько дней до того, как мне исполнилось три года. Мама обрадовалась жутко – но не потому, что я такая умница, а потому, что больше не надо со мной торчать часами на диване, начитывая мне вслух сказки. В мире же есть столько гораздо более увлекательных занятий. С этого момента началось мое великое пятнадцатилетнее отшельничество в спальне за закрытой дверью, где я маньячно предавалась чтению за неимением альтернатив. 

картинка отсюда. выражение лица примерно мое.

Настала пора выбирать профессию и ВУЗ. Родители у меня занимали солидные должности, с финансами было более-менее нормально, горизонты открывались неплохие, особенно с учетом золотой медали и побед на нескольких олимпиадах. Но папа сказал: «Какой такой инфак? Какой такой журфак? Кулинарный техникум и только». Естественно, не пошла я ни в какой кулинарный – но четко поняла, что вокруг есть люди с определенным складом мышления. Для них все мои победы, достижения, завоевания навсегда останутся на уровне хобби и баловства. Для них вся моя жизнь – это просто хобби. А вот у них у самих жизнь серьезная, насыщенная, важная.

В следующий раз я столкнусь с таким же отношением ко мне со стороны человека, который был бы не прочь на мне жениться. О моих талантах он отзывался примерно так: «Работа? Да кем она может работать? Она только задницей крутить на занятиях танцами может. Кухня и дети, вот ее замечательная работа будет». Естественно, голову под такую гильотину палец под такое кольцо я не подставила.

картинка отсюда

Едем дальше. У меня в кармане красный диплом очень престижного ВУЗа, могла бы начать впечатляющую карьеру – но хочу быть писателем и только писателем. Зарабатываю на хобби жизнь копирайтом, рерайтом, письменными переводами, журналистикой… И постоянно, постоянно пытаюсь написать роман. Получаются только черновики, но я не сдаюсь. Наконец, первый (пусть и корявый) роман готов. И как же все-таки вовремя я родилась! Как же вовремя открылись все эти замечательные площадки для самопродвижения авторов, которые дают возможность заработать на своих художественных текстах!

- Ты особо не надейся, - говорит папа. - Авторов много, побеждают не всегда достойные. Давай ты лучше смиришься с тем, что будешь получать доход от сдачи недвижки в аренду, например.

- Папа, я номинирована на премию Поэт года 2017 от Российского союза писателей, - вяло отвечаю я.

- Поздравляю. Но даже если ты утверждаешь, что изучила рынок, попадаешь в кассовые жанры, у тебя есть какой-то круг читателей – это всё… Знаешь…

Вот так, дочка / подруга / любимая. Помни: вся твоя жизнь – это просто хобби. Вся твоя жизнь за пределами кухни. 

картинка отсюда

На таком фоне исключительно выгодно смотрится один мой приятель, который много часов угрохал на то, чтобы консультировать меня по моим текстам и активно привлекал к этому других людей. Сидим мы на кухне, он мне что-то рассказывает, я конспектирую. Диктофон не могу включить, потому что запись в теории может быть использована как показания против того человека, о котором мне рассказывают. Приятель посреди фразы подбородком мне указывает на чайник: «Налей мне!». Я спрашиваю, не мог бы он это сделать сам, потому что я пишу. Он мне в ответ еще яростнее подбородком машет, и глаза блестят так рьяно, что я откладываю тетрадь и бегу к чайнику. Он капнул чаем на стол – вытираю тоже я, его высочество не может. 

Но спасибо хоть за такую позицию, что я в первую очередь обслуживающий персонал и только потом писатель. Меня хотя бы признают за писателя, меня подбадривают и помогают со сбором материала.

Короче, нет у меня хобби. Вся моя жизнь пока сводится к тому, чтобы монетизироваться на том единственном занятии, которое поглотило меня с самого детства. А как только монетизируюсь и крепко встану на ноги как писатель – это будет мой окопчик. Там, когда совсем уж невтерпеж станет, я смогу на время прятаться от тех, кто будет в виде наград за литературные достижения вручать мне в одну руку швабру, в другую поварешку. От которых я ни в коем разе не открещиваюсь - просто разрешите, чтобы у меня был окопчик.