20 лет спустя

 Сколько же тоски приходит когда умирает лучший друг, пусть он и был собакой. Бимбо вырос вместе со мной и прожил почти 20 лет. Он давно ждал смерти, уже почти не ходил и был слеп, но он словно не хотел меня покидать. Но сегодня он не проснулся. Я знаю куда можно пойти и успокоить душу, а заодно и помянуть старого друга ушедшего от меня. Надеюсь это правда что все собаки попадают в рай.
Я поднялся на крышу своего старого дома и увидел пожилого мужчину в пожелтевшей майке и с накрытыми пледом ногами, который сидел в кресле-качалке около возвышающейся рядом хибары. Он с грустью смотрел на закат. Увидев меня он поднялся, подошел ко мне и обнял.

—Малыш Сванте, ты все реже навещаешь своего старика, где же ты пропадаешь?— спросил он дребезжащим голосом.

—Карл, дружище, прости. Навалилось много проблем. Пойдем внутрь, а то тут ветрено. И как только тебе здесь жить не надоело, давно ведь зову тебя ко мне переехать.

—Здесь мой дом и никуда я не собираюсь переезжать,—заворчал старик,—а к ветру я привык со времен полетов. Так что не умничай и проходи давай.

Обстановка в доме не поменялась за все эти 20 лет, все те же печь, стол, скамья-постель и керосиновая лампа, только паутины и пыли на них стало в разы больше. Я выставил на старый покошенный стол две бутылки водки и банку шпрот.

—Надеюсь у тебя найдется что-нибудь еще закусить, — виновато потупился я,— а то денег ни на что больше не хватило.

—Перестань, ты же знаешь мои запасы,— с этими словами он выскочил за дверь и вернулся с банкой варенья,—пускай мне теперь его из-за моего диабета нельзя, всё то что я накопил выкидывать не собираюсь. А я тефтельками закушу.

Он достал из печки горшок со своими любыми мясными шариками и добавил их к уже имеющимся на столе разносолам. Затем вытащил пару рюмок и мы разлили по первой.

—Собственно, почему я пришел,—я взял в руку рюмку,— сегодня утром умер Бимбо.

—Старый пройдоха, опередил меня,—его голос задрожал еще сильнее,— тогда не чокаясь.

Мы сделали глубокий выдох и опрокинули рюмки. Закусив, мы сели на его кровать.

—А где твой старый авиакостюм?—спросил я, оглядев комнату,— починил?

—Да где уж там, разобранный валяется на печке. Так и не разобрался как он устроен. Знать бы кто его собрал или хоть кто его на помойке тогда оставил. Не этот пропеллер бы, который из контейнера торчал, я бы даже внимание тогда не обратил. Эх, а без полетов теперь тяжело, тоскую я по тому времени,—Карл мечтательно закатил глаза— ну что, между первой и второй, как говориться?

Я наполнил рюмки. Захотелось как-то сменить русло разговора.

—Не слышал кстати новости,—сказал я нанизывая на вилку шпротину,—Филле и Рулле у нас теперь в политику подались, в этом году оба хотят баллотироваться на должность мэра.

—Я всегда говорил что они жулики, а где теперь им место как не в политике. А ведь в молодости они не брезговали даже чужим постельным бельем. Помнишь как мы их тогда проучили?— в его глазах блеснула искорка былого азарта,— ну что ж, выпьем за самое милое приведение на свете.

Мы чокнулись и залпом опустошили рюмки. Я улыбнулся ему и хитро подмигнул.

—Кстати, Бок выгнала дядю Юлиуса, так что может заглянешь к ней на плюшки как-нибудь. Она сама у меня интересовалась как ты поживаешь.

Огонь в глазах старика вновь потух.

—Зачем я ей теперь нужен такой? Старый, живущий на мизерную пенсию, с диабетом, да еще и летать больше не могу. Нет, меня теперь отсюда ни какими плюшками не выманишь. Я же в жизни ни где не работал, ни чего не умею,— его глаза намокли,—ты думаешь я бы не увел мою милую Хильду у твоего сварливого дядьки? Не смеши мои кальсоны. Просто я желал ей только счастья, которого со мной бы она не видела. Давай выпьем за её счастье.

Пропустив по рюмашке, мы погрузились в свои мысли. В какой момент он превратился из доброго и шального паренька в постоянно грустного старика? Когда фрекен Бок вышла замуж за дядю Юлиуса? А может быть когда мы переехали в новый дом? Но скорее всего последней каплей была поломка его летающего костюма, ведь без него он был ни кем. Как он считал. Для меня же его статус лучшего друга из-за этого не изменился.

—Все наладится, Карл, я уверен. Давай еще выпьем.

Весь оставшийся вечер мы предавались воспоминаниям, грустным и веселым, до тех пор пока выпитая водка не склонила меня в сон.

***

Проснулся я от того что стало жутко холодно. Дверь была распахнута. Карлсона ни где не было."Может в туалет вышел",— подумал я,—" мне тоже не помешает". Я встал и вышел на крышу. Кабинка которую он соорудил для нужд была пуста. "Наверное в магазин спустился"—мелькнуло в голове, но в груди появилось чувство тревоги. Вдруг внизу послышали звуки сирены, я подошел к краю. Там была машина скорой помощи, а прямо под тем местом на котором я стоял, в темной луже крови лежал он, мой старый друг...

                                                                                                                Конец