«Генерал» и «король»

Эти две истории случились в один из тех продолжительных периодов, когда полк основным составом выезжает на учения. На зимних квартирах остаётся «ограниченный контингент», поэтому к дежурствам, нарядам, караульной службе привлекают всех подряд…

Ненастоящий генерал

Вот и я попал в наряд: сижу на посту – помощником дежурного по части. Мелкие поручения, немногочисленные звонки, в общем, обычные армейские будни. И тут – звонок с главного КПП:
– Дежурного!

Передаю трубку, слышимость хорошая, да и солдатик на другом конце провода гремит во весь голос:
– Товарищ капитан, к нам какой-то генерал!
– Какой генерал, откуда генерал, вы что, обалдели? – засуетился дежурный начфин.
– Не знаю, товарищ капитан, на чёрной «Волге», две звезды на погонах.
– Зам. комдива, что ли?

Но думать некогда – из окна дежурки видно, как к штабу уже подкатывает блестящая чёрная «Волга». Дежурный слетает с крыльца, рубит строевым шагом к машине, и штабные, прильнувшие к окнам, слышат громогласный рапорт:

– Товарищ гвардии генерал-лейтенант! Личный состав тридцать пятого гвардейского…
Секундная пауза… после которой начфин трубит ещё громче:
– Да пошёл ты знаешь куда со своими шутками!!!
Впрочем, указание направления было вполне конкретным.
Мы остолбенели, глядя на то, как капитан, раскрасневшийся от напряжения, орёт на трясущегося от смеха генерала.

Здесь требуется парочка пояснений.
Звёзды на погонах парадной формы прапорщиков несколько больше майорских, а само поле погона – равномерно-диагональное, без просветов. По этой причине даже опытному глазу ничего не стоит издалека принять такие погоны за генеральские.
Добавьте к этому сшитую по заказу, идеально подогнанную по фигуре форму с не очень-то уставными, почти генеральскими лампасами и шикарный, как теперь говорят – тюнингованный, автомобиль с персональным водителем, и вы получите некоторое представление о внешнем облике известного модника, шутника и балагура – начальника музея дивизии прапорщика Хореева.

Стоит ли удивляться, что солдатики на КПП приняли нашего героя за неизвестного генерала?
 
Король из кочегарки

– Товарищ майор! Караульный второго поста первой смены Решетников к несению службы готов!
– Вольно!
Помощник начальника штаба по строевой части обходил свои временные владения. А куда денешься – во время выезда части на учения тем, кто оставался в военном городке, в том числе офицерам, приходилось выполнять несвойственные им в обычной армейской жизни функции. Впрочем, офицер должен знать и уметь всё, что касается несения службы в его части. Вот и нашему начальнику пришлось на время стать начальником караула, а мне – сопровождать его со строевой запиской.

– Товарищ майор…
– Вольно!
Так, поочерёдно, офицер принимал рапорты стоящих в шеренгу караульных. Но вдруг в этой монотонной церемонии что-то застопорилось. Очередной солдат с оружием ел начальство глазами и упорно молчал.
– Вы, товарищ рядовой?
В ответ – снова тишина.
– Оглох, что ли? Ты кто?
– Карол!

Шеф слегка опешил, но природное чувство юмора дало себя знать:
– А я – царь! Я спрашиваю – кто вы? Доложите по форме!
– Карол втарой гатов!

Окружающим стало понятно, что по причине дефицита под ружьё поставили солдатика из кочегаров, узбека, который плохо знает русский язык и безуспешно пытается справиться с коварным словечком "караульный". Но начкар уже нахмурился и вполне справедливо потребовал показать состояние оружия.

Можете догадаться, чем это всё закончилось?
Да, это был тот самый второй случай, когда я видел своего начальника во гневе. Словесные громы и молнии обрушились на родителей и учителей, а также офицеров, поставивших это чудо под ружьё. Раскаты разносились по плацу и вызвали лёгкий ступор у присутствующих.

Суть главной части монолога состояла в упоминании гипотетических предков солдата, которые в басмачестве, небось, знали, что винтовка заряжается не с дула. Ну а последняя фраза была командой отстранить неграмотного разгильдяя от несения караульной службы и отправить на гауптвахту.

Автор, слегка оглушённый громогласным монологом, поймал взгляд второго сопровождающего – начальника секретки, и мы, не сговариваясь, начали убеждать майора в том, что кочегарка, в сущности, ничем не лучше.
Ко всеобщему облегчению гроза вскоре миновала, и незадачливый «караульный» был отправлен по основному месту прохождения службы, где с лопатой и заслонкой он, вероятно, управлялся несколько лучше, чем с оружием.

Впрочем, и эти его способности в зимнее время, при виде утренних сугробов на подоконниках над холодными батареями, вызывали у нас определённые сомнения...