Golos Blogs

И СНИЛСЯ СОН
Лес, стоящий на склоне большого холма, уже сбросил свой осенний наряд; одинокие ели, зелёными часовыми ярко выделялись среди серых стволов дубов и клёнов; пахло грибами и прелой листвой.

По склону катился большой клубок, весь облепленный маленькими веточками ели и было непонятно, что это: то ли это большой ёж, то ли Леший нёс на себе еловые веточки в свою избушку. Взяв в руку длинный прут, он легонько прижал неведомое создание к земле, которое тут же распалось на отдельные зелёные веточки, которые закружились в танце, пытаясь опять собраться в клубок. Покружив над землёй, веточки, так и не собравшись в клубок, взмыли ввысь, превратившись в тысячи крошечных золотых пластинок, которые закружились в стремительном вихре, увлекая его за собой.

Он плыл в этом золотом вихре, чувствуя, что может управлять им, а когда понял, что ему ни что не угрожает, полностью отдал себя во власть золотого потока и наслаждался своим полётом.

Золотой поток нёс его вниз по склону, лавирую между деревьев, поднимая его то вверх, то опуская вниз, как вдруг, в самом низу холма, появилась чёрная стена... Золотой вихрь, неожиданно превратившись в золотую птицу, напоминавшую голубя, полетел впереди него, увлекая его за собой. Пройдя сквозь чёрную стену, он понял, что тьма окружившая его, не что иное как — Вечность… Схватив рукой летящую впереди золотую птицу, которая увлекала его вниз, он развернул её обратно и увидел, что находится в каменном тоннеле, в конце которого был виден выход. Он летел к выходу, по-прежнему держа птицу в вытянутой вперёд руке, наблюдая, как навстречу ему, туда вниз, пролетел ещё один золотой голубь. До выхода из тоннеля оставалось совсем немного, как золотая птица в его руке опять распалась на множество золотых пластинок, проход закрылся, и он опять погрузился во тьму. Не было ни страха, ни боли, ни сожаления. Он покорно опустился в мягкие и тёплые объятия Тьмы и стал засыпать…

Мышцы его вибрировали так, будто он лежал не на ложе, а на каком-то вибраторе, по телу, волнами, одна за другой, накатывали наэлектризованные мурашки. А через несколько секунд всё стихло, стало легко и приятно, и даже слабая тупая боль под левой лопаткой не могла нарушить это блаженство...