Golos Blogs

Привет!
Как и обещала - продолжаю свой рассказ о моем романе с морем, но на этот раз глава будет довольно прозаичная - ремонт!

Происходил он в славном городе Таллинне, куда мы с некоторым трудом перегнали нашу новоприобретенную, но уже истертую лодку из Швеции.

Почему Таллинн? В Россию мы не пошли из тривиальных соображений экономии - то есть чтобы не платить сумасшедшую таможенную пошлину за саму яхту и за все материалы для ее ремонта.
А кроме того, раз план был пойти на этом паруснике далеко и надолго, Шведский порт приписки давал нам больше свобод, чем русский, что позднее подтвердилось на практике.

По совету яхтенного единомышленника мы нашли себе место в марине Noblessner, где за умеренную сумму нам позволили занять кусочек берега на весь грядущий зимний сезон.

Поймав момент, когда все стали выдергиваться из воды, мы поспешили сделать то же самое, хотя и серьезно поднапрягли имеющийся кран из-за того, что вес яхты достигает почти 30 тонн!

Все же из воды нас вытащили, поставили на специальные ноги, и тут мы впервые имели возможность лицезреть брюхо нашего коня.

К тому моменту оно не видело солнечного света вот уже лет 5, в связи с чем основательно подмокло и обросло вполне густой бородой.

Вскрытие не показало ничего хорошего, давая нам понять, что это надолго.
Пластик являл глазу сеть паутинок то там, то сям, и после зачистки откровенно гнилых мест стал похож на расстрельную стену.

Тут-то эпоха полезных советов и развернулась во всей красе - не было ни одного сколь-нибудь матерого моряка в той марине, кто не дал бы нам каких-нибудь ценных указаний, зачастую друг другу противоречащих:)

Но, поскольку на чужих ошибках научиться невозможно, мы вовсю лепили свои, уже в конце обретя счастье истины!

Как говорится, в России - все специалисты по электрике и медицине, что видимо распространяется и на страны бывшего союза, ибо желающих нырнуть в оголтелый ком проводов нашей электрической системы тоже находилось достаточно.

Не то чтобы это сильно шло нам на пользу, так как лучше, чтобы всю схему проводил один человек, в чем мы убедились еще разок уже позже, где-то в Лиссабоне, когда чуть не загорелись.

Но сколько нам открытий чудных, эх!

Вскоре каждый из нас побывал в самых интимных местах лодки, таких как машинное отделение, цветные внутренности приборной панели, не такие цветные туалетной системы, страшноватые экосистемы водных и дизельных танков - мы способны нести тонну дизеля и еще полторы - воды, и, конечно, в самом возвышенном месте - на верхушке мачты.

Кое-чему это все же нас научило, а еще мы вполне добровольно пошли учиться на яхтенных шкиперов, корочка каковых стала нашим первым евросоюзным документом.
Кстати, обучение проходило на русском, что довольно удобно, а сами доки - международные.

Шла зима, и мы продолжали стоять сирыми и завернутыми в пластик прямо у кромки воды, что было не то чтобы комфортно.

Трудно было спускаться по обмерзшей лесенке вниз с почти четырехметровой высоты, особенно с ведром посуды, например, ибо мыть ее и себя приходилось в вагончике в марине.

Странно любопытно было наблюдать и чаек-каннибалов, которые подъедали вмерзших за ночь в корку льда товарищей - схваченное льдом море вдвойне сурово.

При всем том, к нам наезжали друзья, что было приятно, да и завелись уже друзья местные, которые в то время занимались облагораживанием бывшего советского завода игрушек «Полимер», aka разведением там сада, постройкой зала игровых автоматов и просто вечеринками и концертами разных сортов, в которых мелькнули и мы.

Так и прошла зима, пришла весна и стало легче дышать и делать.
Придав себе ускореньица после зимней спячки, мы силились закончить начатое и обмакнуться поскорее же в балтийские воды.

Таковой процесс длился еще долго, так как деньги и люди появлялись дозированно, хотя и до Питера было недалллекоооо!

Весна растянулась в лето, между ними в эстонском климате почти нет разницы, кстати,
и, подгоняемые прохладной близостью осени, мы крепко задумались о спуске.

Теперь все стало сложнее, так как денег фактически не осталось, а остальные лодки уже спустились, и не с кем было скидываться на большой кран.

Нас вообще никто не хотел приезжать спускать, но мы напирали на то, что нам нужно протестировать наш двигатель на воде, и, наконец, нашелся крановщик, который сжалился над нами, приехал и, напрягая все жилы своей машины, перенес нашу тушу на воду.

О благословенный момент! Те три метра, которые отделяли нас от воды, были самой долгой и дорогой дорогой за весь наш поход, надо полагать!
Так ждут ребенка или окончания разлуки, но море воспитывает определенную стойкость характера, даже не касаясь тебя.

Что ж, на тот момент мы подготовились к будущему, насколько могли, и в день независимости Эстонии от России избавили сию маленькую холодную страну от своего присутствия.