В лабиринтах памяти

НАЧАЛО

ЛАБИРИНТ 31

Дышать становилось все тяжелей и тяжелей, некий страх стал подкатывать ко мне от ступней ног и вверх, сковывая собой каждую клеточку моего организма, начиналась паника и усиленное сердцебиение.
Меня лихорадило и трясло до тех пор, пока я не осознал в себе, что это сон и не приказал себе проснуться.
Реальность встретила меня вновь в психиатрической больнице.

• Поздравляю, Денис, ты шизоид. – сказал я себе, рассматривая стены и понимая, где все-таки я нахожусь.
  За стеной, в коридоре слышались уже знакомые голоса доктора и медсестры.
  Дверь приоткрылась и ко мне заглянула медсестра. Почему-то она мне подмигнула, улыбнулась и скрылась вновь за дверью. После неё в палату зашел док и привычным движением придвинул стул к моей кровати, уселся на него, и сказав:
  «Та-а-ак, голубчик», - начал пристально на меня смотреть.
  Я молчал, потому как понимал, что все равно у доктора информации обо мне сейчас больше, чем у меня.
• А знаешь, что самое интересное в этой истории? – спросил меня он.
• Что? – поинтересовался я, потому что мне все было интересно в этой истории.
• Что ты снова здесь. Ты не воспользовался шансом, который тебе дали, ты снова здесь, и снова не понимаешь, что от тебя требуется, - доктор как-то грустно покивал своей седой головой и тяжело, как-то обреченно что ли, вздохнул.
• Ну. – сказал я.
• Вот тебе и ну. – ответил он.
• Док, так я шизоид, чего от меня хотеть адекватных поступков? – я усмехнулся. – Однажды один философ мне сказал, что мудрость мира этого суть безумие. И знаешь? Я ему поверил.
• Послушай, мой друг. – сказал он мне. – У тебя есть только два варианта развития событий, третьего не дано и важно, что выберешь ты. Вариант первый: ты становишься обычным человеком, может быть, для твоего философа, ты будешь выглядеть безумцем, но ты выйдешь из этой клиники абсолютно нормальным и пригодным для этого общества человеком, ты вспомнишь про свою свадьбу, жену, ребенка, все вспомнишь и будешь жить обычной, стереотипной, вполне адекватной жизнью. И вариант второй: ты просто решишь быть собой, захочешь пойти туда, где тебе интересно, в твой мир, который ты создавал, в ту реальность, которая манит тебя и так увлекает. Да, этот мир тебя признает безумцем, но для философа ты останешься личностью и мудрецом. Твои ноги уже никогда не переступят порога этой клиники, но в своем мире ты не будешь ничем ограничен. - - ---- Выбирай! – сказал он мне.
• Уйти или остаться? Быть или не быть? Вот в чем вопрос. – усмехнулся я. – Это ли не цель желанная? Скончаться, сном забыться…уснуть и видеть сны, вот и ответ.
• Безумец! Что ты говоришь? – воскликнул он.
• Из Гамлета я, всё оттуда… ничто не вечно под луной, а круги жизни так печальны, что мочи нет ходить по ним.
  Доктор вздохнул совсем уж трагически и театрально.
• Ты подумай просто. Вся суть в том, что очень тонка грань между воображением и реальностью. Я долгое время наблюдал за тысячами пациентов, и вывел всего лишь одну простую формулу: чем быстрее возвращаешься в реальный мир из воображаемого, тем больше шансов сохранить адекватность восприятия. Доли секунды определяют это время… А ты, ты начал в нем задерживаться…
  Он достал из кармана халата телефон, набрал там какой-то номер и сказал в трубку, чтобы немедленно зашли.
  Моментально дверь распахнулась и в палату впорхнула медсестра, которая поднесла к моему лицу зеркало и спросила:
• Сколько тебе сейчас лет?
  Я смотрел в отражение и не узнавал себя. Откуда-то изнутри зеркала на меня смотрел седой, измученный старик. По всему виду его было понятно, что пожил он долго и видал многое, но я знал, что в этом теле нахожусь 35 лет.
• Мне 35 лет. – ответил я вздохнув.
• Голубчик, тебе было 35 лет, когда ты сюда попал, многое изменилось. – Вздохнул доктор.
• Да, бред. – ответил я. – вы хотите сказать, что я нахожусь здесь уже лет двадцать? Этого не может быть просто потому, что не может быть.
• Отчего же? – удивилась медсестра и убрала от моего лица зеркало.
• Потому что… - раздраженно ответил я. - А – совсем не изменились вы, или время над вами не властно, или я что-то не помню, б – никто не будет содержать человека в клинике так долго, это просто экономически нецелесообразно. Этих двух пунктов вполне достаточно, чтобы не приводить другие доводы. – я начинал злиться, потому что получалась какая-то нелепая игра по правилам, которые мне были неизвестны.
  Медсестра как-то неопределенно хмыкнула и удалилась из палаты, а доктор еще некоторое время помолчав и понаблюдав за мной, наклонившись к моему уху, прошептал:
• Кажется, что ты где-то уже встречал несоответствие вида и возраста.
  Потом он ушел.
  ПРОДОЛЖЕНИЕ