Философия: как расширить границы знания?

Все предметы познания делятся на две категории: то что дается в ощущения непосредственно (стол, стул) и то, что узнать можно только посредством размышлений. Умопостигаемые вещи нельзя потрогать, применить органы чувств или какие-нибудь технические устройства. 

Совсем тяжело становится при понимании метафизики. Любовь, нравственность, добродетель и т.д. нельзя подержать и потрогать, нужен специальный орган для раскрытия этих понятий. Еще хуже с возможностью понимать новое знание отличное от того, что уже есть в голове. Когда человек познает предметы внешнего мира, то все просто. Это гаечный ключ, им откручивают влево гайки, а вправо заворачивают. Какого-либо противоречия с существующим знанием нет.

 Вчера опубликовал пост про политическую распределенную сеть. Один из комментаторов очень много рассказывал, что я не имею понятия о том, что пишу. По его мнению, даже 10 человек не способны договориться между собой, поэтому нужен «фюрер» для командования этими недоговороспособными людьми. 

У этого человека, да и у меня раньше, сидит представление об общественной жизни как некотором централизованном механизме, по которому сверху вниз спускаются директивы, неисполнение которых наказывается мордобоем. А причина довольно банальна – всеобщее недоверие людей делает их недоговороспособными, и единственное лекарство – создание тотальной вертикали без частной инициативы. 

Если у человека уже сложились представления о каком-то предмете, как можно его изменить, а главное, расширить знание, перейдя на более сложную систему понимания? 

Первым в деле познания отличился Платон Афинский. У него есть диалог «Менон», в котором Сократ, задавая вопросы неграмотному юноше, привел его к пониманию теоремы Пифагора. По мнению Платона Афинского, душа человека непосредственно воспринимает идеи, но не помнит про них. Задача человека - сталкиваясь с предметами чувственного мира, отталкиваясь от них, переходить к познанию идей через механизм воспоминания.  

Так что знание о централизованной, децентрализованной и распределенной политических сетях содержится уже в головах людей. Просто затягивает быт, среда всеобщего недоверия и страха толкает людей к тоталитаризму и патернализму. А ведь если немного подумать, то можно жизнь устроить совсем по-другому. 

Следующим генератором идей в этой области был Николай Кузанский, мыслитель 15 века. Он один из первых говорил о веротерпимости и допускал существование различных взглядов. 

 Поклонскоя и православные традиционалисты, поджигающие автомобили и кинотеатры, наверное, о нем не слышали. Но главное - Николай Кузанский поставил всех в тупик своим высказыванием о ученом незнании: я знаю только то, что ничего не знаю. Это он взял у Сократа и развил дальше. Начертил круг и сказал: множество точек пространства вокруг круга – это область знания, за пределами круга находится немыслимое. Сам круг – это группа точек соприкосновения с непознанным. Я узнал что-то новое, круг увеличился, и группа точек соприкосновения с непознанным увеличилась. Чем больше я знаю, тем больше соприкосновение с областью неизведанного.

  Именно поэтому ограниченные в познании люди, имея меньшее количество точек с непознанным считают, что знают много и готовы давать советы на любые темы. Идиотов не гложут сомнения в истинности суждений, они не знают, что мир устроен очень сложно, а сознание накладывает ограничения на саму возможность расширения знания. Если ваша чаша полна, подливаемая вода течет мимо, а механизм предварительного освобождения головы от старого знания очень тяжел и сложен, как в психологическом смысле, так и в методологическом.

 Механизм расширения знания очень интересно, причем в яркой литературной форме, описал Марсель Пруст. Человек размышляет об умопостигаемом объекте при помощи воспоминаний, он создает из них материк, пластами наворачивая свои представления о предмете. Они по существу есть наслоение различных непониманий, а образующийся материк не что иное, как собственный созданный человеком ад из лжи и обмана. 

Чувственное восприятие, неся это бремя, делает сдвиг, напряжение вызывает удар молнии, и всплывает истина.

  У Данте есть по этому поводу замечательный символ. Он садится на спину Гориону – чудовищу лжи и обмана, используя его как машину, поднимается из ада к истине внутренне изменившись. 

Михаил Булгаков продолжил перекличку с Данте. Сидит сатана в театре и спрашивает: «Изменились ли горожане внутренне?» Истина отбирает у человека всю предыдущую жизнь. Тот человек, который пошел по скользкому пути познания прекращает существование, и рождается в невыносимых терзаниях другой, хотя внешняя оболочка остается прежней. 

Истина отбирает мир, тот маленький круг уже познанного и человек своим усилием приобретает больший круг, другой мир, более сложный.

 Марсель дал всему миру механизм расширения знания. Чтобы узнать новое, нужно путем творчества создать новый храм знания (заведомо ложного), чтобы идея прошла испытание, тогда и только тогда появляется окно возможности для открытия неведомого ранее. Именно творчество создает орган, машину или ракету (таковым является роман по Прусту), которая переносит человека по кривой траектории из точки ограниченного знания в точку расширения, где человек становится другим.

 Основное условие нового знания – это внутренние изменения. Находясь в среде страха и недоверия к людям невозможно перейти от тоталитарной модели устройства общества к гражданскому обществу независимых, свободных людей, равным перед законом. 

Чтобы понять механизм политической распределенной сети, нужно блокировать свой страх и недоверие к людям, необходимо внутренне измениться, тогда можно перейти от понимания иерархической централизованной системы управления к распределенной.   

Все фото с гугла.