Golos Blogs

Эту историю успели обсудить на многих федеральных (и нефедеральных) каналах. Обсуждали с приглашением экспертов, очевидцев, сотрудников правоохранительных органов, депутатов. Множество версий, множество точек зрения. Хотя о главном – ноль. А главное в том, что неотвратимость наказания и равенство граждан перед законом превращены в фикцию, и было бы глупо это отрицать.
Шлейф у этой кошмарной истории такой, что обсуждение вряд ли стоит прекращать, хотя бы из чувства уважения и сострадания к членам семьи погибшего.

О ком идёт речь? А речь идёт о 6-летнем Алёше Шимко из подмосковного города Железнодорожный, погибшем во дворе своего собственного дома под колёсами автомобиля Hyundai Solaris, за рулём которого находилась 31-летняя дама по имени Ольга Алисова.
Случай ужасный. И ужасен он не только самим фактом смерти ребёнка, но и тем, во что история с расследованием превратилась впоследствии. На самом деле, в предыдущем предложении слово «расследование» вполне можно и нужно было брать в кавычки, потому что никакого расследования в отношении более чем странного дорожно-транспортного происшествия, повлекшего смерть 6-летнего мальчика, не проводилось. Не было возбуждено даже уголовного дела, что уже вызывает вопросы к местным правоохранителям. Если сама смерть ребёнка произошла 23 апреля, то местные правоохранители уголовное дело сподобились возбудить лишь на следующий месяц после трагедии – да и то лишь на основании депутатского запроса от Елены Мизулиной.

Коротко о том, как произошло ДТП. 6-летний Алёша Шимко гулял на детской площадке во дворе со своим дедушкой. В какой-то момент времени дедушка сказал своему внуку о том, что пора идти домой. 6-летний мальчик побежал к подъезду своего дома, его дед в это время в руках нёс велосипед Алёши. В этот момент мальчика и сбила Алисова на своём автомобиле. Причём не просто сбила, а умудрилась, извините за столь страшные подробности, переехать ребёнка и передними и задними колёсами, что косвенно говорит о скорости, на которой по двору двигался автомобиль.

Всё произошло на глазах не только дедушки Алёши Шимко, но и десятков жителей окрестных домов. Люди предприняли попытку реанимировать мальчика и вызвали скорую. Но травмы после наезда автомобиля оказались более чем серьёзными и, когда прибыли медики, им оставалось лишь констатировать смерть малыша.
Камеры видеонаблюдения показали, что автомобиль Алисовой сначала разворачивается во дворе, а затем водитель разгоняет машину до существенной скорости, буквально снося ребёнка и потом ещё и переезжая его всем автомобилем.
Ситуация приобрела по-настоящему резонансный оттенок после того, как вслед за сообщением о возбуждении уголовного дела, были обнародованы данные о проведении судмедэкспертизы.

Экспертиза показала, что в крови мальчика на момент аварии было 2,7 (!) промилле алкоголя. Для взрослого человека это соответствует примерно бутылке крепкого спиртного напитка, для ребёнка – примерно 150-200 г водки или её «аналогов». Резонанса добавило то, что самым неожиданным образом «потерялись» записи с камер видеонаблюдения. «Потерялись» сразу все... А потом "потерялись" и сами камеры:

Место, на котором ранее находилась камера
Из свидетельства очевидцев:
Когда она ехала, она разговаривала по мобильнику. И потому она (Ольга Алисова) даже не сразу заметила, что сбила ребёнка. Алёша был жив ещё несколько минут. Остановившись, она сказала, что сама отвезёт его в больницу, при этом она больше беспокоилась не за случившееся, а за то, что салон её автомобиля будет испачкан кровью. Потом она отошла в сторону и стала кому-то звонить по телефону, совсем не в скорую.

Когда по факту смерти ребёнка в результате ДТП не возбуждалось уголовное дело, люди уже «что-то заподозрили». Но когда органы объявили о том, что мальчик, катавшийся на велосипеде по двору, был «пьян», это привело к настоящему 9-му валу общественного возмущения. Фраза «пьяный мальчик» за последние дни стала нарицательной по отношению к тому, как можно переиначить суть любого совершённого преступления, если человек, совершивший это преступление «избранный».
Информация, добытая блогерами и подмосковными журналистами, говорит о том, что в число «избранных» с некоторых пор в столичном регионе входят и подруги жизни криминальных «авторитетов». Выясняется, что г-жа Алисова является супругой человека по имени Сергей Алисов, которому осталось несколько месяцев до освобождения из колонии, куда он попал по обвинительному вердикту суда за похищение человека, вымогательство и изнасилование. Как сообщается, банда Корнякова (по имени жителя Курской области Анатолия Корнякова), в которую входил Алисов, промышляла аферами и вымогательством, заставляя жителей Подмосковья переписывать на преступников свои квартиры и передавать деньги, взятые в виде банковских кредитов. Держалась на плаву банда долго, хотя о её существовании и составе было известно чуть ли не каждому второму жителю района...
Возвращаясь к экспертизе, назвавшей ребёнка - жертву ДТП - «пьяным».
Судмедэксперт почти с 35-летним стажем Михаил Клеймёнов заявил о том, что «лично опечатал все биопробы» перед отправкой в лабораторию. Когда он увидел данные о содержании 2,7 промилле алкоголя и продукта его распада - ацетальдегида, он, по его же словам, «был удивлён». Затем, как утверждает Клеймёнов, было решено провести молекулярно-генетическую экспертизу. Из интервью Клеймёнова газете «Комсомольская правда» :
То есть провести сравнительную экспертизу тех двух образцов крови (которые отправили в разные отделения лаборатории). Результаты показали, что оба образца принадлежат одному и тому же лицу. Для меня всё стало очевидно, и я решил поставить точку в исследовании и свою подпись под результатами экспертизы.
На вопрос о том, сколько длились такого рода исследования, Клеймёнов отвечать почему-то отказался, заявив, что об этом лучше спросить у следствия. При этом Клеймёнов особое внимание старается обратить на наличие в образцах крови упомянутого ацетальдегида, что якобы должно говорить, что мальчик употреблял алкогольную продукцию, так как именно этот продукт вырабатывается при распаде спирта в организме человека. Ну, а далее беседа и вовсе свелась к тому, что, дескать, мальчик мог выпить лекарство от кашля, а то и вовсе «по недосмотру взрослых» хлопнуть рюмку-другую водки со стола...
Клеймёнов:
Учитывая и свой опыт и опыт многих россиян, мы знаем, что бывают случаи, когда ребёнок пробует алкоголь, но родители об этом не знают. На застолье каком-нибудь рюмку хватает по ошибке или еще как-то...
Тот же Клеймёнов выступил и против эксгумации тела Алёши Шимко, заявив, что для «подтверждения» версии (судя по всему, версии об «алкогольном опьянении» мальчика), достаточно взять биоматериал матери. Мол, если будет обнаружено, что биоматериал принадлежал именно её сыну, значит «экспертиза всё сделала верно».
Родители ребёнка считают, что алкоголь в печень мальчика могли вколоть уже после смерти ребёнка в лаборатории. Эту страшную гипотезу прокомментировал врач-нарколог (цитата "Газета.ру" ):
Я скорее склоняюсь к версии разгильдяйства: перепутали пробы, не помыли пробирку или прибор. Но если отстранить эти версии, то да, спирт могли вколоть через шприц. Но я не понимаю, зачем это нужно было делать, ведь наличие или отсутствие алкоголя в крови мальчика никак не влияет на исход дела и тяжесть наказания для водителя.
Так думает нарколог. А в Подмосковье может оказаться, что влияет...
В этой ситуации обращает на себя факт, что само преступление (а это именно преступление) пытаются фактически заболтать. Причём заболтать так, что ни на каком «Пусть говорят» эфира не хватит, чтобы отследить все пертурбации с заявлениями о том, как мальчик мог «выпить перед прогулкой».
На странице Mash/Мэш в социальной сети появились данные о том, что юрист семьи погибшего мальчика рассказал о странных «боданиях» СКР и прокуратуры по делу в Железнодорожном. В материале говорится, что дело потребовал передать для расследования в СК РФ его глава Александр Бастрыкин, однако прокуратура настаивает, чтобы дело на данном этапе в СКР не передавалось. Если верить публикациям, то следователя, принявшего документы экспертизы, утверждающей, что мальчик был «нетрезв», от дела отстранили, причём было возбуждено дело по статье «Халатность». Отец Алёши Шимко говорит о том, что необходимо возбудить отдельное уголовное дело именно по экспертизе, чтобы не дать «определённому круг лиц» очернить память о его погибшем ребёнке.
Роман Шимко (отец мальчика) при этом отмечает, что сейчас населению, которое познакомилось с деталями дела, опубликованными в прессе, нельзя поддаваться на провокации. А провокации, по его словам, есть, и их немало. Первое – на имя Романа Шимко поступил конверт «с намёком». В конверте было 50 тысяч рублей. После этого Роману стало известно, что Алисова заявила о «давлении на неё со стороны неизвестных и угрозах в её адрес». По словам Романа, в соцсетях создаются фейковые страницы с его именем и именами других родственников Алёши, с которых исходят угрозы в адрес Алисовой, и эти угрозы Алисова собирает для обращения в прокуратуру. Как видно, появились люди, которые всеми силами виновницу смерти ребёнка пытаются выставить в качестве жертвы и объекта для «возможной расправы».
Между тем, портал Life публикует сведения о человеке, который ставил свою подпись на результатах экспертизы. Речь о всё том же Клеймёнове в профессиональной биографии которого есть подтверждённые экспертизы о том, как учительница избила полицейского, и о том, как сын сотрудника ФСБ скончался от падения с высоты собственного роста, а не от того, что его избивали в местном отделении полиции. Полный материал об странных экспертизах – по ссылке .
Можно привести ещё много и странных, и очевидных фактов по факту ДТП со смертью ребёнка в Подмосковье, но и без того уже понятно.
Закон един для всех, все перед законом равны, но всё же есть те, кто «равнее» всех остальных. И если правосудие собирается запятнать себя всем, чем только можно, то пусть и дальше продолжает нелепое забалтывание истории, в которой преступников объявляют жертвами, а жертв – преступниками. Или нужна хорошая метла с одновременным инструментом по вбиванию норм уголовного права?