«Дайте мальчику свободу за красивые глаза». Верхотурская детская трудовая колония. Часть 9

Автор @excursovod
Предыдущая часть

По воспоминаниям заместителя начальника по политико-воспитательной работе Р.А. Гильманова, в колонии работали многочисленные кружки. Особенной популярностью пользовался кружок духовых инструментов под руководством И.П. Окишева.

Очень везло с шефами. Композитор Родыгин, будучи шефом, привозил Уральский хор, музыкантов. Шефы из журнала «Уральский следопыт» привозили художников, поэтов, писателей. Так, неоднократно был в гостях известный детский писатель В. Крапивин. Два-три раза в год приезжали артисты Серовского драмтеатра им. А.П. Чехова, артисты Свердловской филармонии, лекторы общества «Знание». Были известные спортсмены, дважды приезжал Герой Советского союза летчик Девятаев, бежавший из немецкого плена на захваченном самолете, автор книги «Полет к солнцу».

Правда, шефы были разные. Так, в шефах числился и научно-исследовательский институт МВД. Раз в неделю, а иногда и два раза, показывали кино. Фильмы те же, что шли в городе.

Из воспоминаний учителей Вечерней школы №2 при Верхотурской ВТК Тамары Алексеевны Молвинских (биология, химия) и Бахориной Евгении Михайловны (химия), работавших в 70–80 годы XX века.

Евгения Михайловна вспоминает о 70-х годах: «Коллектив школы был большой, дружный, и нас до боли, до возмущения трогал один важный вопрос в жизни этих ребят. Дело в том, что их до суда содержали в СИЗО не отдельно, а вместе со взрослыми, по нескольку раз судимыми уже преступниками. Вот эти 2, 3, 4 месяца, проведенные в камере с «бывалыми», были для несовершеннолетних (14–17 лет) мальчиков полной отрицательной школой. Там они «учились», вернее слушали и «мотали на ус» столько всего, чего бы они не узнали за весь свой срок отбывания наказания.

Из этих СИЗО этапом привозили к нам в ВТК ребят и с нарисованными татуировками, многих с наказаниями, и даже, хуже всего, были и униженные. Понятно, что характеры ребят еще не устоявшиеся, нервная система еще не сформированная полностью, многие не умели постоять 62 за себя... Особенно страдали мальчики из сельской местности, из деревень. А поступали тогда (в 70-е годы) в ВТК из многих городов, из разных областей. Были из Брянска, Тольятти, Новосибирска, из Калининграда, из Узбекистана... Позднее ребята были только из Свердловской области...

В своей работе в школе ВТК я использовала всю практику, знание психологии, такт. Большую роль в исправлении оступившихся мальчишек имеет индивидуальная работа: личные беседы, связь с родителями. И, конечно, довести до их сознания правильное восприятие совершённого ими правонарушения, стремление к УДО – условно-досрочному освобождению – с первых дней пребывания в ВТК. Немаловажным было и вовлечение каждого в общественную жизнь, создание дружного коллектива в отделении, в отряде...»

Тамара Алексеевна Молвинских в своих воспоминаниях записала: «В системе образования колонии мне и пришлось работать с 1973 года по 1989 год. В 1973 году контингент осужденных был совсем другим, нежели в 1989 году. Некоторые ребята оказывались в колонии, на мой взгляд, случайно. В то время не был широко развит институт условного осуждения. Из этих ребят создавали хороший актив колонии, разрешалось лучших активистов оставлять в колонии до достижения ими 20 лет, что также положительно сказывалось на исправлении осужденных. Хочется назвать несколько фамилий из актива того времени: Комаров Юра, Балакин Виктор, Колесников Сергей, Нестеров Николай. Это ребята из отделения, где воспитателем был Молвинских Юрий Степанович, а классным руководителем Бахорина Евгения Михайловна, мастером Лапшин Владимир. Отделение было большое, поэтому было разделено на два класса – это 11а и 11б. Уровень подготовки ребят был значительно выше.

Большое количество ребят училось на «хорошо» и «отлично». Это было время, когда на формирование мировоззрения не было такого отрицательного влияния телевидения, дешевой печатной продукции. В те годы не было в колонии ребят, которые попробовали бы наркотики.

Правда была проблема – это токсикомания. Строго контролировали хранение ацетона, краски, клея и других пахнущих веществ. Воспитанники колонии, несмотря на изоляцию от общества, семьи, друзей, поддерживали с ними связь через письма, встречи на свидании. Ребята писали письма, которые положительно влияли на их воспитание. Каждое письмо проверялось дежурным воспитателем, а позднее была введена должность цензора.

Большим поощрением в колонии было разрешение написать письмо любимой девушке. Положительное влияние на жизнь колонии оказывала система соревнований, которая охватывала все сферы их жизни: санитарное состояние отряда, школы, производства, территории, личная гигиена воспитанников, отношение к учебе, работе, поведение и др.

Для подведения итогов были созданы комиссии, которые заседали каждый четверг после ужина в школе. Комиссии: внутреннего порядка, санитарная, школьная, библиотечная, культурно-массовая, по технике безопасности, хозяйственная, комиссия ПТУ, производственная. В 1973 году, когда я пришла работать, было пять отрядов. В каждом отряде было пять отделений. На каждом отделении работало три человека: воспитатель, учитель, мастер – и назывались «Треугольник»».

Продолжение следует

Библиография здесь

Изображения из архивов музея ВГИАМЗ, ГУФСИН СО, Свято-Николаевского монастыря