ТЕМА НЕДЕЛИ: Почему многие люди становятся нарциссами, абьюзерами?

Всем привет,

Я не психолог и не специалист по расстройствам личности. Поэтому я не собираюсь анализировать проблему профессионально. Я лишь приведу общепринятые определения и поделюсь одним наблюдением.

Нарциссизм — устойчивое чувство собственного превосходства и слабая эмпатия. В клинической форме это Narcissistic Personality Disorder.

Абьюз — систематическое использование силы, давления или манипуляции для контроля над другим человеком.

Эти явления не привязаны к конкретному полу.

Но формы их проявления часто различаются.
Мужчины чаще используют физическую агрессию, а женщины чаще используют социальную агрессию.

Например:
• словесное унижение
• изоляцию
• распространение слухов
• подрыв репутации

Что касается нарциссизма, исследователи часто отмечают различие в способах его проявления.

У мужчин чаще наблюдается так называемый grandiose narcissism:
• открытое превосходство
• доминирование
• демонстрация статуса
• установка «я лучше других»

У женщин чаще встречается vulnerable narcissism:
• повышенная чувствительность к оценке
• обидчивость
• постоянная потребность в подтверждении собственной ценности
• социальные манипуляции

Но суть обычно одна и та же. Нарциссизм — это не просто самолюбие.
Чаще всего это неустойчивое чувство собственной ценности, которое человек пытается защитить.
Одни делают это через силу и демонстрацию превосходства.
Другие — через социальное давление и манипуляции.

Нарциссизм и абьюз нередко связаны одним и тем же механизмом — стремлением сохранить контроль.
Когда человек чувствует внутреннюю слабость или неуверенность, перед ним обычно есть два пути:

1. Развивать себя.
2. Контролировать других.

Второй путь значительно легче.

Поэтому появляются типичные модели поведения:
• обесценивание
• газлайтинг
• давление
• постоянная критика
• требование восхищения

Это инструменты контроля. Не обязательно потому, что человек «злой».
Часто потому, что без контроля он чувствует себя ничем.
Отсюда возникает парадокс:
Нарцисс выглядит уверенным.
Но внутри это нередко один из самых неуверенных типов личности.
Но иногда проблема заключается не только в характере человека.
Иногда сама система правил создаёт возможность для безнаказанной агрессии.
И тогда механизм абьюза становится виден в самых простых ситуациях.
Вот один из моих коротких рассказов.

Первое Предложение.

— Первое предложение - это все, что нужно, чтобы начать писать. Просто начините и посмотрите, все само придет, - мисс Моури, раздавала бумагу. Некоторые из учеников с нетерпением хватались за них; другие неохотно бросали их на стол. Все с шумом вынимали карандаши, правда у Чарли в руках уже был полу обглоданный карандаш.
Классная комната был особенно радостно оформлена, от цветных досок, висящих на стенах, до пуфиков в читальном углу. Даже стулья, на которых сидели дети, были разных оттенков. От волнения ученики ерзали на партах.
— Миссис Моури, а обязательно писать карандашом? - спросила Алисия. У неё было множество цветных карандашей.
— Можешь использовать все что хочешь, лишь бы я смогла разобрать то что ты написала.
Учительница улыбнулась, когда девочка выбрала ярко-синий карандаш, а потом и зеленый.
— Но я бы все же посоветовала тебе писать все одним цветом.
Все начали писать и только Чарли продолжал жевать карандаш... Он чувствовал себя глупо, бросая беспомощный взгляд на остальной класс и видя, как все пишут как нефига делать. Но первое предложение, которое должно было быть таким легким и естественным по мнению миссис Моури, продолжало ускользать, как лед под коньками новичка-конькобежца.
Дело было не в том, что Чарли было нечего сказать. Ему просто в голову не приходили радужные округлые фразы, которые, без сомнения, напишет любимица миссис Моури - Алисия.

Вообще-то, вся эта застопорка из-за нее случилась. То есть не из-за нее как таковой, а из-за того, что она сделала или скорее потому, что... Чарли не мог распутать в своем сознании, тот клубок неприятных мыслей, который мешал ему написать проклятое первое предложение.

На перемене, перед этим классом, Чарли смотрел в окно на верхушки деревьев, которые качались на ветру, когда вдруг почувствовал удар сзади в правое плечо, из-за которого его качнуло вперед.

Чарли мгновенно повернулся. Его тело напряглось, готовясь ответить обидчику. Он замахнулся правой рукой, но остановил её посередине движения, так как понял, что инициатором удара была Алисия.

— Ты чего меня ударила? — вскрикнул Чарли.
— Потому что могу, — ее милое лицо, которое обычно носило почти благочестивое выражение во время занятий, теперь было озорным и даже немного презрительным. Она была абсолютно спокойна, осознавая свою безнаказанность - ... и ты не можешь меня ударить. Ты же мальчик, а мальчик не может ударить девочку, мммм - она показала Чарли язык.

Чарли знал, что она права. Он знал это до глубины своего естества и самостоятельно никогда бы не поднял руку на девочку. Да и мама всегда говорила: "Никогда не трогай девочек!"
— Но ма..., что если она сама...
— ... Никогда, ни при каких обстоятельствах, понятно! — она его прервала, ... Нет, понятно? Нет!

И когда Чарли отворачивал голову от мамы и смотрел на папу, в поисках поддержки, тот подмигивал ему и улыбался "Терпи казак — атаманом будешь".

И миссис Моури всегда говорила то же самое.
— Если я когда-нибудь увижу что мальчик пристает к девочке... — она строго озиралась, — пеняйте на себя. Мы не признаем здесь такого поведения, мы говорим "НЕТ"любому виду агрессии!

Чарли понимал это и был согласен с мамой и миссис Моури.
Но он же ничего не сделал! Он не трогал Алисию! Он просто стоял и смотрел как качались верхушки деревьев. Она ударила его сзади, как... мысленно он сказал плохое слово, смысл которого он даже не понимал, но знал, что оно было плохим, так как старшие мальчики говорили его при схожих обстоятельствах.

Слезы навернулись у Чарли на глазах. Не от боли. Алисия ударила его не так уж сильно. Он мог бы вынести и гораздо более тяжелый удар и не заплакать. Но от осознания своей беспомощности. Его выводила из себя, эта её уверенность в своей безнаказанности. Если бы он ответил ей в этой ситуации, он был бы виноват. Алисия бы расплакалась и побежала бы жаловаться. Его бы назвали хулиганом и отвезли к директору, где его бы его стыдили, на него кричали и вызвали бы маму. Но если он этого не сделал, и кто-то увидел бы, как она его ударила, и он ничего не сделал в ответ, то над ним будут смеяться. "Ахаха! Девчонка побила Чарли! Девчонка побила Чарли!"

Разумеется, мальчик не должен бить девочку. Он не должен ничего инициировать. Это было справедливо. Он даже не должен был отвечать, если она сделала это случайно, в раздражении или в расстроенных чувствах. Чарли это понимал. Но что он может сделать, если несмотря на все заверения мамы и миссис Моури, Алисия сделала это нарочно? Если она была инициатором, тем особенным хулиганом, который может наслаждаться своей полной безнаказанностью? Разве это было справедливо?

Так, Чарли сидел и смотрел на пустой лист бумаги, на которую из его глаз упала коварная слеза.

Чарли хлюпнул носом, протер глаза, и, быстро оглядываясь, размазал слезу по бумаге.
— Я смотрю ты ничего не написал Чарли? Почему? — Миссис Моури стояла над ним, глядя на пустую страницу. — Давай, Чарли, не ленись! Первое предложение — это все, что нужно, а потом все пойдет само собой — Она улыбнулась одобрительно и похлопала его по плечу.

Обычно я получаю следующую реакцию на этот рассказ.
Чарли просто нравился Алисии.
Она якобы не знала, как ещё проявить свою заинтересованность.
Это пример ретроспективной интерпретации поведения — когда неприятное действие пытаются объяснить позитивным мотивом.
Логика примерно такая:
«Если девочка ударила мальчика, значит он ей нравился.»
Но, на мой взгляд, здесь есть проблема.
Интерес и агрессия — всё-таки разные вещи.
Да, дети иногда:
• дёргают за косички
• толкаются
• привлекают внимание грубостью
Но в этом рассказе есть фраза, которая плохо вписывается в такую интерпретацию:
«Потому что могу… и ты не можешь меня ударить.»
Это уже осознание асимметрии власти.
Она не говорит:
«Эй, посмотри на меня».
Она говорит:
«Ты ничего не можешь сделать.»
Это уже другой психологический механизм.
Момент, когда правило, предназначенное для защиты, превращается в инструмент силы.

В последние годы слова «абьюз» и «нарциссизм» стали частью повседневного языка. Иногда они помогают точно назвать проблему. Но иногда превращаются просто в удобные ярлыки в обычных человеческих конфликтах.