Психологическая соска

Прослушал рассказ Марии Метлицкой «Новая секретарша».

Главный герой, Коля Куропаткин, всю жизнь выбирал красавиц — и всю жизнь они им пользовались. Жена требовала денег, старая секретарша помыкала им, а другие женщины тоже видели в нём преимущественно удобный ресурс.

Сам Коля при этом изображён безвольным, наивным и даже несколько придурковатым.

Сразу возникает вопрос: каким образом этот социально беспомощный человек сумел создать настолько доходный бизнес, чтобы содержать требовательную красавицу-жену? И почему вокруг него вообще постоянно оказывались красавицы?
Ни особой внешности, ни обаяния, ни деловой хватки, ни выдающихся «сердцеедских» способностей автор нам не показывает. В его успех у женщин и в бизнесе предлагается просто поверить. Создается впечатление, что московские красавицы стоят в ряду и только и ждут как бы стать иждивенкой Куропаткина.

Правда, когда-то в городе Н-ске у Коли был роман с совсем другой девушкой — тихой, скромной и ничего от него не требовавшей. Она любила его самого, а не его деньги.
Почему такая девушка настолько в него влюбилась, что почти сразу отдала ему свою невинность, тоже не вполне понятно. Сюжет буквально опирается на народную поговорку: «Любовь, зла – полюбишь и козла.» Коля уехал, а девушка осталась в прошлом. Надо, значит надо.

Много лет спустя к нему приходит устраиваться на работу невзрачная провинциальная девушка — из того самого города Н-ска. Коля внезапно думает: а не может ли она быть его внебрачной дочерью?

Несколько часов он переживает эту возможность, вспоминает давний роман и постепенно понимает, что та девушка из Н-ска была, пожалуй, единственной по-настоящему ценной женщиной в его жизни. Единственной, которая ничего у него не просила и любила его просто так.

Эти воспоминания и подозрение о возможной дочери «смягчают» его сердце. И хотя оказывается, что девушка точно не его дочь, он продолжает оставаться в размягченном состоянии.

И тут появляется ещё одна кандидатка — опытная, очаровательная секретарша, прежде работавшая у конкурента. Денег ей почти не нужно: она ищет работу главным образом как лекарство от скуки.

Казалось бы, для человека, всю жизнь падавшего перед красавицами, это предложение, от которого невозможно отказаться.

Однако Коля отпускает её и нанимает невзрачную провинциалку.
Его решение вроде бы объяснено. Он видит в ней уже не просто неопытную соискательницу, а девушку, чья судьба могла бы оказаться судьбой его собственной внебрачной дочери.

Но психологическая проблема всё равно остаётся.

Коля выбирает новую секретаршу не потому, что успел рассмотреть её характер, способности или человеческие качества. Он её почти не знает. Он выбирает её из за собственных воспоминаний, чувства вины и внезапно возникшей фантазии об отцовстве.

То есть не полноценное внутреннее преображение, а подготовленный эмоциональный толчок, необходимый для правильного финала.

Мораль рассказа ясна: не выбирай красивую хищницу — выбери скромную, незаметную, но «настоящую» женщину.

Получается любопытная подмена. Внешняя непривлекательность почти автоматически становится доказательством доброты и надёжности, а красота — признаком испорченности.

Целевая аудитория такого рассказа очевидна. Не обязательно объективно некрасивые или неудачливые женщины, а те, кто чувствует себя незамеченными и недооценёнными. Им предлагается приятная фантазия: однажды мужчина прозреет и поймёт, что именно такая женщина представляет собой настоящую ценность.

У Метлицкой есть литературный талант. Её рассказ «Месть» значительно сильнее: там есть настоящая психологическая неоднозначность и реальные последствия человеческих поступков. Она умеет писать без подпорок.

Но писателю нужно жить, пить кофе, оплачивать ипотеку. А неприятную правду массово читать не хотят.

В более правдивом варианте Коля, скорее всего, нанял бы опытную красавицу. Провинциалка осталась бы без работы. Или он помог бы ей деньгами, а секретаршей всё-таки взял профессионала. И никакие скрытые душевные достоинства автоматически не получили бы награды.

Больше того, у Коли Куропаткина точно также не было бы романов со всеми этими красавицами, как и успешного бизнеса.

Но, очевидно, что читательская база Метлицкой открывает такой рассказ не для того, чтобы ещё раз услышать о равнодушии мира. Им предлагается временное исправление реальности — психологическая соска. Она не питает и не учит жевать, зато успокаивает.

Во времена Пушкина были Ричардсон и Руссо. Теперь вот Метлицкая. Человеческая потребность осталась прежней: нужна не правда о жизни, а красивая ложь, позволяющая эту жизнь переносить.