«Лотта в Веймаре» – исторический роман немецкого прозаика и публициста Томаса Манна, основанный на биографии другой выдающейся личности Иоганна Гёте. В произведении прослеживается весь пафос манновской прозы, высокое словесное искусство, сдержанный стиль, размеренность и музыкальность речи, последовательное изложение. Примечательно, что роман по большей части состоит из диалогов, соответствующих гетевской эпохе, язык литературный, но не лишенный и самобытных оборотов.
Достоинство «Лотты в Веймаре» заключается в торжестве реализма, писатель стремился не только отобразить, но и осмыслить исторические перспективы, дать наиболее точную и объективную оценку современности. Однако декаденты как раз и критиковали его за его склонность к классическому немецкому реализму.
Книга носит воспитательный характер, писатель учит внутренней гармонии, принятию своих прирожденных качеств и особенностей, балансу духовных и природных начал, где искусство не разрушает старые парадигмы, а выступает в качестве примиряющей и сглаживающей силы. При этом Манн строго осуждал приверженность некоторых немцев к преклонению перед «кликушествующим негодяем… который обращается к самым низменным инстинктам, оправдывает их пороки и учит понимать национальное своеобразие как доморощенную грубость».
В «Лотте в Веймаре», словно ожил голос самого Гёте с известными и незнакомыми цитатами, возник творческий мир великого поэта, детально воссоздалась любопытная историческая пора, богатая на событийный ряд. Однако сам сюжет может показаться примитивным: к гостинице на карете подъезжают три женщины, одна из которых является бывшей возлюбленной Гёте, слухи разносятся быстро, и вот уже толпы любопытных стремятся посмотреть на необычную путешественницу. В рассказах Шарлотты и раскрывается многогранная личность немецкого поэта и драматурга. На основе этих воспоминаний Манн показывает, как хрупка граница между реальными фактами и душевными переживаниями Шарлотты Кестнер.
«Нет, благомыслящая Лотхен никогда не пережила того страшно-прекрасного и преступно-сладостного чувства, как ее мать,— сравнивает старая Шарлотта свою судьбу с судьбою ее „строгой дочки“,— в вечер, когда муж уехал по делам и пришел тот, хотя ему и запрещено было показываться раньше сочельника, когда она напрасно посылала за подругами и вынуждена была остаться с ним наедине, а он читал ей из Оссиана и прервал чтение о страданиях героя, изнемогши от собственной муки, когда в отчаянии он упал к ее ногам и прикладывал ее ладони к своим глазам, к своему измученному лбу, а она, движимая состраданием, пожимала его руки, и их пылающие щеки соприкоснулись, и мир, казалось, исчез в буре неистовых поцелуев, которыми его рот внезапно опалил ее слабо сопротивляющиеся губы…
Тут ей пришло в голову, что и она этого не пережила. Это была та высокая действительность, и сейчас, под платочком, она смешала ее с малой, в которой все протекало куда менее бурно».
Эпизод с Римером позволяет лучше узнать Гёте, как художника и человека, проникнуть в основы его души, разглядеть как холодность с равнодушием, так и пытливый ум. Рассказ Адели прекрасно «рисует» полотно веймарского общества, тогдашних настроений и время «освободительных войн». Сквозь лабиринт многочисленных диалогов, раскрывающих образ Гёте, писатель постепенно подводит читателя ко встрече с самим поэтом, позволяет «услышать» его поток сознания. Тут и возникает аллегория высокой культуры и разума, стоящего перед лицом иррациональности масс, национального безумия и надвигающегося хаоса. Гёте же воспринимается как символ духовной устойчивости и оторванности от жизни.
«Лотта в Веймаре» стала важным произведением европейской интеллектуальной прозы прошлого века, возродив интерес к гуманистическим идеалам Просвещения и немецкой классики.
_cr.jpg)
