Эх, брат… где-то потеряли мы ключи от души…
Я хожу по улицам, фонари мигают тускло,
Люди смотрят мимо, будто я — пустое место.
Раньше руку протянешь — и тебе ответят тем же,
А теперь в кармане только холод и железо.
Ох, устал я, устал, от этого мира без совести,
Доброта ушла в отпуск, а доверие — в могилу.
Сердца стали камнем, улыбки — фальшивой монетой,
И я всё ищу, где же спрятали нашу человечность…
Друг вчера предал, даже не моргнул глазом,
Сказал: «Так жизнь устроена, брат, не обижайся».
Мать учит ребёнка: «Не верь никому, сынок»,
А я сижу в баре и пью за тех, кто ещё не сломался.
Ох, устал я, устал, от этого мира без совести,
Доброта ушла в отпуск, а доверие — в могилу.
Мы торгуем душами на ярмарке лайков и лжи,
И никто не помнит, как звучит настоящее «прости»…
Где ты, старая совесть?
Я звал тебя в ночи…
Где ты, добрая улыбка?
Растворилась в толпе, как дым…
Доверие, старый друг мой,
Ты ушёл и не сказал «прощай»…
Может, я последний дурак в этом городе сером,
Всё ещё верю, что где-то теплится огонёк.
Но каждый день гаснет, и ветер холодный веет,
И я пою этот блюз, чтоб не сойти с ума совсем.
Ох, устал я… так устал…
От мира, где совесть продали за копейки.
Но пока в груди стучит хоть что-то живое —
Буду петь этот блюз…
Пока не погас последний огонёк…
Yeah… где-то потеряли мы ключи…
Может, ещё найдём… когда-нибудь…
