Golos Blogs

И снова про Випассану. Начало здесь, потом вот тут продолжение и вуаля!)

Второй подход к медитациям

Гонг. Он поднял меня примерно так же, как и первый в 4 утра. Точно знаешь, что у тебя есть 10 минут до момента, как надо будет уже сидеть в медитационном зале. Этого более чем достаточно, чтобы попить воды, зайти в туалет (даже при наличии очереди) и дойти до зала. И даже чтобы поудобнее усесться, переминаясь на своих валиках и подушках. Медитация с 8 до 9 утра. Очевидно, что час - гораздо легче, чем два. Этот час начинается с короткого песнопения и инструкций Гоенки. Учителя молчат. Гоенка предлагает следить за дыханием, никак не воздействуя на него, не изменяя. Просто наблюдать. Неспеша проходит час, Керин (учитель женщин) говорит «Have a short brеak and come back to the hall». Менеджер-переводчик переводит. И тут я понимаю, что сейчас_только_9_утра. 9 утра, Карл. А я что-то уже насиделась в медитациях и мне бы что-нибудь поделать еще. Перерыв - это минут 5. На туалет, попить и вернуться. Опять гонг. И ноги ведут обратно в зал. Еще одна медитация на 2 часа. Радует только одно - потом обед.

Опять усаживаемся поудобнее, опять слушаем похожие инструкции, которые начинаются с тягучего скрипучего голоса Гоенки, оформленного в словах «Start agaaaaaiiiin… start agaaaaiiiin»

И я понимаю, что сейчас действительно я начну делать опять то, что уже делала 2 часа до завтрака и час после, вот буквально 10 минут назад закончила, и начну опять.

Без цели, без достижений, без плана действий, без взлетов и падений, просто наблюдать свое дыхание, никак на него не воздействуя. Честно говоря, смириться было непросто. Да и вообще, первый день - самый трудный. Не второй, как говорили в лекциях позже, не пятый (об этом тоже позднее), а первый. Но стоит вернуться к этому, когда повествование таки дойдет до конца дня.

Лирическое отступление: признаться, когда я начала писать этот отчет, я думала что-то вроде «окей, Юля, ты потратишь на отчет целый день 19-ого числа (последний день випассаны, когда утром отдают телефоны и все разъезжаются по домам, близким или далеким), целый день! А потом примешься за выполнение кучи пропущенных домашних заданий по текущему online-курсу и за все-все остальное». Когда утром 20 августа я осознала, что отстучав пальцами почти весь день я подобралась только к первой медитации первого полного дня, я, конечно, приуныла. И решила, что так дело не пойдет. Сначала текущие важные задания. Отчет надо было отложить. Продолжить удалось только через 2 недели. Но я продолжила. Стоит так же добавить, что после завершения описания всего первого к отчету я вернулась… через 6 месяцев. И не с проста.

Итак, вторая двухчасовая медитация. Я была уже наслышана, что в какие-то моменты придется сидеть бездвижно час, и, как умная девочка-отличница, решила тренироваться с первых медитаций. То я давала себе слово не открывать глаза до самого финала, то - постараться до финала не двигаться, получалось это не без труда, а, если честно, не получалось по-началу вообще. Я то и дело открывала глаза и рассматривала затылки мужской половины зала, пыталась найти позу более удобную, чем выбрала в начале, просто смотрела на все, что могло меня хоть как-то заинтересовать и развлечь.

КСТАТИ о более удобной позе важное (!): если вы, как и я, не можете похвастаться обширным опытом сидения в медитациях, если у вас не больно шибко «раскрыт таз», как это модно говорить, вам то и дело, с каждой новой позой и медитацией казаться

«ЭВРИКА! Я НАШЕЛ ТУ САМУЮ ПОЗУ В КОТОРОЙ СМОГУ ПРОСИДЕТЬ ЧАС! ОНА ТАКАЯ УДОБНАЯ И КОМФОРТНАЯ! У МЕНЯ НИЧЕГО НЕ ЗАБОЛИТ!» - эта лучезарная идея будет сохраняться в вашем сознании минут 10-15. Такой позы не существует.

Это сразу, чтобы вы не питали лишних иллюзий относительно процесса. Сложно сосчитать, сколько раз за эти 10 дней я грезила идеей нахождения идеального положения рук, ног, идеального сочетания подушек. Но нет. Все равно все либо затекает, либо немеет, либо болит. Сильно болит. Очень сильно болит. И ты в аду.

Так вот. Заинтересовать и развлечь в зале могло немногое. И я начинала заново - концентрацию и обещания. Вторая невыносимая пара часов оканчивалась гонгом, не песнопениями. Все участники вставали по-разному. Кто подлетал пулей, кто оставался руками раскладывать свои ноги в положение, из которого можно попробовать встать. Я двигалась к выходу через легкую боль. Меня ждал первый обед.

Первый обед

В столовой не было фруктов. Зато было опять корыто салата, другого, овощного, с высоким содержанием капусты. По столовым принадлежностям - все так же - ложка, миска, чашка. Предпочтение опять было отдано салату, заполнившему почти 90% моей алюминиевой посудины (довольно объемной, кстати), всегда в столовой есть поднос со специями, растительным маслом и соевым соусом. Я обильно засыпала и полила салат всем, что нашла, к чаю есть лимон дольками - еще и надавила пару долек сока. Салат вышел шикарный. Но в огромной кастрюле призывно дымилась горячая каша, кажется, гречневая, потому что сильно разварившаяся, с какими-то овощами. Пахла вкусно и манила. Я шлепнула себе опять 1/5 половника. С мыслью о том, что я не буду сыроедить, я, на самом деле, почти смирилась еще в день 0. Овощной суп я проигнорировала.

Каждый обед стояла сметана. И хлеб. И все это пользовалось популярностью (сметана вообще заканчивается в первые 15 минут, и специальную барышню-служащую шепотом просят принести еще). В первые дни я держалась от сметаны как можно дальше, позже - сорвалась и устроила себе пару сметанных счастливых дней. «Тематические дни» в плане еды вообще были моим главным развлечением. Но я еще вернусь к теме еды.

Есть можно было где угодно - в столовой или на территории, в корпус еду проносить строжайше запрещено, в медитационный зал и подавно. Погода стояла отличная, девушки в основном разбредались по пенькам и немногочисленным скамейкам небольшой женской части. Я тоже выходила греться на солнышко.

После еды все возвращаются в столовую (если ее покидали) и скидывают пищевой мусор для коров в одно ведро, непищевой и цитрусовые - в другое, и моют тарелку с ложкой в тазу с мыльной водой, после чего споласкивают вместе с чашкой в другом - с просто водой. Дальше - свободное время. Многие идут спать в комнаты. Но на улице жарко и хорошо, до Москвы больше 100 км, вокруг сосны и березы.. Я, глядя на первопроходцев, взяла кусочки пенок рядом с залом и упала на травку в тени. Загорать запрещено. Не только потому, что это предполагает значительное оголение тела, но и потому, что «мы тут работаем с тонкими ощущениями, а загар - ощущение грубое». Понятной фраза в кавычках стала на 4-5 дни. Но правило есть правило. На свежем воздухе после обеда погружаешься в прекрасную дрему. Я слышала, что в перерывах многие моются и стирают. Но у меня было более чем достаточно белья и одежды на 10 дней, чтобы этого не делать, а мылась я утром и вечером, куда больше. Поэтому до 3-ей серии медитаций я опять сладко спала.

Медитации, ужин и первая черноплодка

Гонг, стандартный набор действий, впереди - час с 13 до 14, полтора с 14 до 15:30 и еще раз столько же с 15:30 до 17. Ладно, час мы проходили, два - тоже, полтора - это не так страшно. Так и оказалось. Ну, что значит не так страшно. Время тянулось опять как тянулось. Не открывать глаза и не двигаться получалось немного лучше чем никак. Много шума и хождений, внутреннее сопротивление тому, что люди имеют наглость вставать и ходить. В моем сознании этого делать было совершенно нельзя, а надо было сидеть и очень стараться. Как я. Многие, особенно мужчины, вставали и медитировали стоя минут по 5, потом садились. Я этого не практиковала, хотя как будто бы было можно и даже рекомендовалось при особенной усталости от сидения. Мозг еще сопротивлялся такому времяпрепровождению. Но сопротивлялся и ладно. Не могу сказать, что 3 медитации пролетели, но особенно как-то расписывать их не имеет смысла - все те же, все так же. Гонг - и женщины, опять, кто как поднимаясь со своих мест, тянутся в столовую. Там же еда!

На ужин (в 17 часов, а это последнее(!) принятие пищи) дают фрукты, чай и горячее молоко. Фрукты - стандартный набор: бананы, апельсины, яблоки. Молоко - зло. Заварила себе чай, слупила фрукты, взяла еще, опять слупила. Вышла на улицу догрызать апельсин и капать соком на юбку. Чувствовалось некоторое нервное заедание напряжения и новой обстановки. Меня об этом тоже предупреждали, поэтому не удивляло.

Возле столовой на женской территории кустилась черноплодка. Много черноплодки. Много спелой красивой черноплодки, честно, столько черноплодки я не видела в жизни никогда! И не ела давно. В день-0 мы с Аней кратко поговорили о том, что, наверное, черноплодку есть нельзя. Но к концу первого дня я легко забыла про этот разговор. Тем более увидела барышень, поклевывавших ягоды. Поэтому я лакировала фрукты и чай серьезным заходом по кустам с черноплодной рябиной. У мужчин черноплодки не было и зря. Но про нее будет отдельная «глава».

Опять наполнив желудок, решила, что спать - это слишком. Надо гулять. Ходить. Прогулки выглядели забавно, как описывали мои предшественники, похожи они были на прогулки зеков-аутистов. Ходишь себе по территории, наворачиваешь круги. От моей близкой подруги, прошедшей курс, я знала, что есть местная достопримечательность - муравейник. Один я быстро нашла (позже оказалось, что это муравейник - не тот, муравьи там мелкие и скучные, тот самый мне светило найти только день на 7-ой) и немного понаблюдала за ним. Впереди была еще одна часовая медитация, лекция и СОН.

Лекция

Лекции были лакомым куском, лекция была желанна, особенно первая лекция, единственным источником информации, плавно втекающий в с одной стороны опустошенную, с другой – наполненную внутренними процессами голову. Мясоеды могут воспринять лекцию как первый куриный бульон после долгого голодания при болезни. Я воспринимала лекцию как вкусный мультифруктовый сок после недели на воде. Не думаю, что я обратила бы хоть какое-то внимание на нее в обычной густозаинформированной жизни, но сейчас лекция была прекрасна. На лекции можно было в разумных пределах развалиться на своем коврике (метр на метр и не ногами в сторону учителя), не держать спину прямой и шевелиться сколько влезет. И, конечно же, впитывать. Впитывать информацию. Я не совру, если скажу, что лекция была странной. Да и, местами, скучной. Многие порывались на лекциях дремать, но их мягко будили менеджеры. Глаза иногда закрывались и приходилось себя мягко щипать, или менять позу на менее удобную и пригодную для сна. Тем не менее, лекции были своего рода отдыхом, таким привычным опять же для обычного среднестатистического человека, живущего в информационном поле, ведь это было такое сладкое время, когда ты и не погружен в глубокий внутренний процесс, как при медитации или как просто наедине с собой при отсутствии каких-либо дел или задач, и не занят откровенно чем-то, что не позволяет тебе уплывать сознанием в отпуск – бессмысленный овощной отпуск.

На лекциях я отдыхала. Нет, слушала, конечно. Скажу больше, от лекции к лекции становилось то интереснее, то трогательнее. Пару раз в лекциях Гоенка шутил. И весь медитационный зал, истосковавшийся по проявлениям каких-либо реактивных эмоций (это моя собственная идея, что эти эмоции можно так назвать, я имею ввиду, что эмоции, возникшие в ответ на воздействие извне, а не изнутри себя), смеялся, чисто и искренне. Пожалуй, это был один из самых общих интимных моментов всей Випассаны, когда медитационный зал отпускает свою сосредоточенность и напряжение и хихикает над не то чтобы смешными, но такими желанными бытовыми шутками. Таких моментов было мало, они были очень ценными.

От лекции к лекции так же росло мое возмущение. Росло и потом скукоживалось. Дело в том, что, конечно же, в каждой лекции как либо восхваляли Випассану. Вариантов было не очень много, но чаще всего звучала фраза, что Випассана такая все нерелигиозная и такая вся несектанская. Интенсивность сообщений о несектанскости Випассаны активно разгоняла ум на мысли как раз об обратном. Ближе к финалу разговоры пошли конечно же о Дамме – добровольном пожертвовании для того, чтобы курсы Випассаны продолжались, была еда и условия и чтобы практика жила, тогда то и обрушились на меня самые мощные сопротивления, мне казалось, что из меня вытягивают деньги, нагнетают, усиливают… но потом отпустило. Я поняла, что я дам столько, сколько могу, а потом, возможно, еще. Еще, я, кстати, из февраля уже 2016 года, не дала. Но зато решила поехать служащим. Это не плата, нет, одно другому не мешает, но это то, но что я готова была идти.

Некоторые лекции, по мере ознакомления с медитациями и по мере усиления внутренних процессов, пробирали до глубины души и я плакала – горько и легко одновременно. Было много историй из жизни, местами простых слишком, местами – слишком наивных или нереальных, сказочных, но в какой-то момент все эти ощущения от лекций слились воедино и легли ровно и аккуратно на все мои остальные чувства и переживания.

Первая лекция, конечно, была непривычнее и неожиданнее, чем все последующие. Она закончилась, и всем предложили опять сесть медитировать. В этот момент, конечно, пришел легкий испуг, что медитация продлится еще час, хотя очевидно было, что лекция длилась достаточно долго и первый медитационный день уже слишком близок к своему концу, чтобы вместить еще один длительный процесс. Последняя медитация за день оказалась совсем маленькой, буквально 5-тиминутной. И всех отпустили. Желающие могли еще остаться и побеседовать с учителем, послушать, что спрашивают другие, сформировать свой вопрос. У меня не было вопросов, я хотела немедленно принять душ и лечь спать. Пришлось постоять в очереди, вплыть в кровать и отключиться моментально, еще до того, как в комнате появились мои соседки.

to be continued (скоро автора начнет крыть :)