[Конкурс “Героические 90-е”] (второй тур). Все относительно

Возможно, Теория Относительности - это не просто абстрактность, понятная только кучке очкариков, а нечто, применимое в повседневной жизни. Для Стива Берковского это осознание произошло после того, как он испытал это на собственной шкуре.

Оно начало складываться, когда он получил письмо из Налогового Управления. В письме говорилось, что он опоздал с подачей своих корпоративных налоговых деклараций и, таким образом, должен был заплатить штраф. Приведенное объяснение мгновенно всколыхнуло в нем ненависть к Налоговому Управлению, Казначейству и, в целом, и ко всем руководящим органам Соединенных Штатов.

«Эти сволочи, сволочи, сволочи !!!» он маршировал по комнате, отталкивая стулья, если они оказались на его пути, сжимая кулаки, (и) глядя вниз на пол, словно искал недостающую булавку.

Справедливости ради нужно отметить, что Стива привела к точке кипения не сумма штрафа, а обстоятельства, которые способствовавшие к его наложению.

Компания Steve's S. Borkovsky, inc. в тот год только стартовала, её доходы были незначительными, и Стив смог сбалансировать их расходами до такой степени, что ему не пришлось платить налоги за 1998 год.

Но в попытке сэкономить 300 баксов на гонораре бухгалтера, из-за простоты заполнения декларации, Стив подготовил налоговую декларацию самостоятельно. Сделал он это еще в феврале, но не отправил их сразу, утонув под ворохом множества текущих проблем, требующих немедленного разрешения. Мысль о том, что он ничего не должен налоговому управлению, отодвигала приоритет подачи документов на второе, третье, а затем даже на н-ное место важности.

И вот как, по идиотски, он и пропустил дату подачи документов, за что теперь они его и оштрафовали. Но, если бы он был должен им деньги, то наказание имело бы смысл, ибо не имея их вовремя, налоговое управление потеряло бы банковский интерес. Но если он не должен был им денег, то в чем была срочность? Дай он им ноль сегодня или завтра, у них все равно будет ноль, ничего!

Но, конечно же, они не пропустили возможности ему вставить. Этот штраф было какой-то утонченным насмешкой - ничего существенного, чисто формальное соблюдение предписания. Это было издевкой над здравым смыслом и, следовательно, над человеческим достоинством. И именно это заставило Стива так рассердиться. «Эти сволочи, сволочи, сволочи !!!»

Через некоторое время пожар его гнев поутих, уменьшившись до небольшой кучки пепла, главным образом, потому что Стив был в разгаре подготовки к командировке в Россию. Тем не менее среди телефонных звонков, договоренностей и переговоров, где-то под слоем повседневных мыслей, у Стива теплилось метафизическое представление о том, что виноваты были не правительство, казначейство или даже налоговое управление Соединенных Штатов, а зловредная всемирная финансовая Матрица, которая относилась к человеку просто как к статистике, не ведающая ни милосердия, ни сострадания.

***

Когда Стив закончил свои дела в Москве, пришло время подумать о возвращении. Из-за характера его бизнеса, и не зная точно, сколько дней могут занять переговоры, Стив не купил обратные билеты. На обратном пути, как они договорились с женой, они планировали поездку в Прагу, а затем три недели отдыха в Карловых Варах.

Поскольку Москва и Прага находились на одном континенте, Стив решил поехать в Прагу на поезде. Главной ценностью поездки на поезде была, конечно, ее цена, которая была примерно раз в восемь дешевле цены билетов на самолет. Это была двухдневная поездка, но Стив и его жена Миллисент считали это развлечением, так как помимо российской территории железная дорога проходила через территории Беларуси, Польши и Чехии - стран, которых они раньше не проезжали на поезде.

Их первая попытка на Белорусском вокзале в Москве окончилась неудачей, потому что, будучи плохо подкованным в российской валюте, Стиву не хватило десяти рублей, чтобы купить билеты. Во второй раз, с деньгами было все нормально. Но когда кассирша осмотрела их паспорта, она сказала, что покупка билетов будет бесполезной, если у них не будет транзитной визы Республики Беларусь.

Озадаченный этим препятствием, Стив начал объяснять, что ему не нужна виза, потому что он не собирался покидать поезд. На что кассирша ответила покровительственной улыбкой и закатом глаз. Стив попытался еще переубедить ее, заявив, что другой клерк не сказал им ничего о визе. На что дама ответила:

«Мы не обязаны вас предупреждать. Я просто делаю вам любезность. Вы потеряете деньги и все...»

Стив немедленно представил себе, как их высаживают с поезда с четырьмя чемоданами где-то в пограничном городе между Россией и Белоруссией, в тысячах миль от посольства Беларуси и поблагодарил кассиршу.

Вернувшись в отель, он просмотрел вопросник Белорусской транзитной визы: дату и место рождения, гражданство, постоянный адрес, даты предыдущих визитов и судимостей в Беларуси и множество других вопросов. Внезапно, словно просыпаясь с осознанием у него больного пальца, из массы банальных вопросов, выскочил один, который заставил Стива скривиться. «Пожалуйста, укажите точную дату въезда в Беларусь?» На первый взгляд его содержание было невиновным, если не обратить внимания на комментарий в нижней части формы. «Рассмотрение заявки занимает до 5 рабочих дней».

Что-то зловещее было в этой формулировке. Как может человек указать точную дату въезда в Беларусь, если он не был уверен, сколько времени потребуется, чтобы посольство одобрило его заявку на визу? Предположим, что они подали заявку в понедельник и купили билет на поезд во вторник. Что, если посольство даст им разрешение только в среду или четверг? Билет будет потерян.

Таким образом, единственным безопасным действием будет покупка билета, после пяти рабочих дней с даты подачи заявки. Но это означало, что Стив должен был остаться в Москве на пять лишних дней, что, считая гостиничные платежи и питание, свело бы преимущество цены передвижения на поезде к минусовому номеру.

Стив был встревожен этим подсчетом на личностном уровне и ошеломлен им на уровне бизнеса. По его мнению, было логично создать путешественникам как можно больше удобств, чтобы их опыт в этой стране был настолько приятным, насколько возможно, и чтобы они возвращались в эту страну снова и снова. Если страна пребывания хотела взять налог с путешественников за их присутствие на территории страны, то это такса должна была быть включена в железнодорожный билет в виде отдельного налога. Не было смысла усложнять жизнь путешественников и удерживать их в течение 5 рабочих дней против их воли, занимая время персонала посольства, проверяя кучу ненужной информации для транзитного проезда.

Если бы Стив не беспокоился о своем личном отъезде из России, ему было бы любопытно, были ли эти искусственно введенные правила в странах бывшего Советского Союза следствием реальных политических экономических условий или просто продуктом советского менталитета. Он вспомнил анекдот, который он от своего русского соседа.

На вопрос «Кто был первым человеком в истории, соединившим понятия пространства и времени?», Большинство людей ответят Альберт Эйнштейн. Однако правильным ответом было – старшина Иванов ибо он сказал солдатам своего взвода: «Будете здесь копать канаву от забора и до обеда».

После разговора с женой они решили купить билет на самолет.

Сидя в самолете и, наблюдая за проносящимися внизу белорусскими городами, Стив думал, что в сложившихся обстоятельствах он должен быть благодарен за то, что Беларусь не посадит самолёт и не потребует транзитную визу для полета в своем воздушном пространстве. Он нашел руку жены, мягко пожал ее, и на его лице появилась широкая улыбка.

Мысли перенесли Стива к его дому, детям и бизнесу. Левая часть мозга с готовностью воскресила воспоминание о штрафе, наложенным на него налоговым ведомством. Но Стив обнаружил, что сейчас это наказание уже не так его возмущало. Конечно, то, что они с ним сделали, было отвратительно, но это только касалось денег. В конце концов он сам поставил себя в ситуации, в которой его можно было трахнуть. Возможно это было излишне формалистично, но не тиранически бессмысленно.

Стив сжал руку жены еще крепче. Она вопросительно на него взглянула. Стив кивнул головой, выпятив губы в гримасе осознания.

-Эйнштейн был прав.

-В чем?

-Все относительно.

Условия конкурса