ТВОРЧЕСТВО БЕЗ ГРАНИЦ. Люблю радио.Часть 1

Автор - @svibor

Часть 1

Люблю радио. Самые первые воспоминания – лет с четырёх, наверное. У папы в спальне-кабинете слева от стола стояла тумбочка, на ней здоровенное (ламповое ещё) радио, на нём – лампа. Папа всегда слушал новости, я составлял компанию. Звук был чистым, речь диктора спокойной, слова непонятными, в комнате – как всегда, сильно накурено. Но я был рядом с папой, и мне было хорошо.

Вот, нашёл в Интернете комбайн, который стоял на тумбочке.

Фото

Комбайн – потому что верхняя крышка этого сундука открывалась, и там можно было пластинки крутить, которых у родителей было много. Иногда баловался, включал, но пластинки редко ставил. Помню, нравилось Райкина слушать. Детских пластинок что-то не помню. Ещё притягивали к себе непонятные звуки, которые происходили от прикосновений в разных направлениях к звукоснимающей иголке. Но ди-джеем я же не стал, - значит, слабоватое притяжение было.

Интереснее всего было крутить ручки и нажимать кнопки. И отдельно расположенная лампочка-зрачок тоже привлекала внимание – она загоралась зелёным цветом после включения приёмника. Но не сразу, а постепенно, где-то в течение 15-20 секунд, это так лампы нагревались. И гасла кнопка после выключения приёмника тоже медленно, угасающе, - это впечатляло.

Пластмассовое название приёмника "Харьков" несколько раз страдало – пластмасса была не готова к моим любопытствам, и папа постоянно подклеивал его на место. Когда название стало состоять уже из многих маленьких кусочков, папа сказал: "Галина, дай какую-нибудь брошку, что ли…" Мама дала желтовато-коричневый камень с неровными краями. Плоскогубцами папа обломал застёжку и приклеил его на нужное место, сказав, что так даже симпатичнее, и цвет гармонирует. Мне было приятно – это же я постарался! Ругать меня никто не ругал.

В отличие от папы, мама новости никогда не слушала. Я был уверен, что все произносимые там слова ей тоже были непонятными, поэтому считал, что она поступала правильно. Иногда мама включала музыку. На тот момент у меня была одна любимая песня, в которой дяденька свистел, и были такие слова:

Друг всегда уступить готов
место в лодке и круг.

Становилось немного не по себе, эту ситуацию всегда примерял на себя. Я бы так смог? Ведь я же плавать не умею, что же будет тогда? И вот эти слова нравились:

Ну, а случится, что он влюблён,
а я на его пути.
Уйду с дороги, таков закон –
третий должен уйти.

Над этими словами я очень долго думал. Прежде всего, было не совсем понятно, причём здесь слово "влюблён", если песня о друзьях, но это было не очень важно. Слова "на его пути" тоже воспринимались буквально – такая узкая дорога, что ли? Так в море вроде и нет дорог, там ведь вода. О законе вообще ничего не слышал. Он один, закон этот, или их много разных? И самое загадочное – "третий должен уйти". Кто же он, этот третий? Я – один, друг – два, а кто третий?

Как понимаю, это было моим самым первым приобщением к бардовской песне – она по своей сути таковой и была - со свистом, со звуком склянок и незамысловатым тактом "под Кукина", как бы я сейчас сказал. Это "Песня о друге" из к/ф "Путь к причалу" в исполнении Олега Анофриева, том самом исполнении, из детства:

(Продолжение следует)

С уважением, @svibor

Автор: @svibor
Редакция и публикация: @lubuschka

02.08.2019

Мы на Steemit - https://steemit.com/@russiancommunity