Художественный образ князя Святослава Храброго

С детства меня всегда неуёмно тянуло к истории. Причём к истории тех времён, о которых подчас сохранилось очень мало информации. История Древней Руси интересовала меня особенно, и я никогда не понимала, почему о князе Святославе так старательно замалчивают. Не то чтобы совсем, но если и говорят, то как-то вскользь. Школьный учебник истории о нём фактически просто упоминает. Хотя, порой и называют его русским Александром Македонским.

А вот сравнения мне не нравятся. Совсем. Словно мы боимся своего происхождения и не верим в значимость своих героев. Он не Александр Македонский, он – Святослав Храбрый! Эпитет этот, видимо, прилепился с лёгкой руки Николая Карамзина, ведь даже художники тех времён изображали князя в греческих одеяниях:

За эту картину художник Акимов Иван Акимович (1755–1814 гг.) был удостоен золотой медали первой степени и награждён пенсионерской поездкой в Европу. Он, будучи ещё десятилетним ребёнком, описав бедственное положение своей семьи и, видимо, обладая определённым талантом к живописи, был принят воспитанником Академии художеств.

Сложно судить автора произведения за облечение персонажа в такой образ, он хотя бы попытался показать значимость князя в истории. Кстати, возможно и Н. М. Карамзин потому называл князя таковым, поскольку писал «Историю государства Российского» несколько позднее.

Следующим к образу Святослава обратился Лебедев Клавдий Васильевич (1852–1916 гг.). За основу сюжета явно взяты строки из «Хроник» византийца Льва Диакона, где он повествует о встрече русского князя с императором Цимисхием:

«…умеренного роста, не низкий и не высокий, с густыми бровями и светло-синими глазами, курносый, безбородый, с длинными усами. Голова у него была совсем обрита, только с одной ее стороны спадала часть волос — признак знатности рода. Крепкий затылок, широкая грудь и все остальные части тела полностью пропорциональны. Выглядел он достаточно суровым и диким. В одном ухе у него висела золотая серьга; она была украшена золотым карбункулом, обрамленным двумя жемчужинами. Одежда на нем была белая и отличалась от одежды других большей опрятностью. Сидя на скамье для гребцов, он поговорил немного с императором об условиях мира и отчалил от берега»:

Известно также несколько литографий, выполненных Чориковым Борисом Артемьевичем (1802–1866 гг.), которые были созданы для издания «Живописный Карамзин, или русская история в картинках». Правда, образ Святослава на некоторых из них несколько не историчен:

Увековечить князя пытались и в скульптурных образах. Автор одного из них — Лансере Евгений Александрович (1848–1886 гг.):

Специального образования скульптор не получал, а своё мастерство черпал в природном таланте и советах наставника Либериха Николая Ивановича – академика Академии художеств, скульптора.

Меня всё время мучает вопрос: почему даже в советские времена образ Святослава не культивировался? Что же в нём такого, что его старательно пытались обходить? Не было создано ни единого фильма о князе. А ведь это такая, казалось бы, богатая тематика! Но, нет. У меня есть по этому поводу некоторые догадки, но промолчу. Лучше обратимся к современникам, чьи умы так же будоражит память тех времён.

Замечательная картина художника Киреева Владимира Николаевича – члена Союза Художников России, члена Международной Ассоциации изобразительных искусств (АИАП ЮНЕСКО):

На полотне запечатлён не просто исторический персонаж – он словно символ мужества духа, боевой доблести и воинской чести. Вспомните, вошедшее в века Святославово «Иду на вы!». Это слова не бесчестного человека. Насколько проще напасть внезапно и со спины: сколько военных преимуществ это сулит?! Он шёл в открытую. Глупо? Думаю, нет (судя по его успехам). Полагаю, Святослав был далеко не бездумным воякой, а хорошим стратегом, чем и объясняются его многочисленные победы.

Ещё несколько исторических сюжетов запечатлены Борисом Михайловичем Ольшанским – великолепным художником-славянистом, членом Союза Художников СССР. После битвы с византийцами под Адрианополем византийский император Цимисхий выслал к Святославу посольство с дарами, но золото, предложенное им, князь отверг. Тогда один из советников императора предложил послать в дар оружие. Вот его князь взял. «Лют будет муж сей!», – доложили императору послы:

И последний бой князя Святослава:

Много странностей связано с этой историей. Будто бы князь был осведомлён о засаде печенегов и сознательно отправился через Днепровские пороги, словно смерти искал. Так ударил по честолюбию неудавшийся поход на Византию? Или кого-то он в той войне потерял, после чего и жизнь стала не мила? Или же его всё-таки предали? Вряд ли мы об этом узнаем.

Кстати, сейчас, да и ранее тоже (Соловьёв С. М., в частности), некоторые историки пытаются представить Святослава как обычного хищника-завоевателя. Я бы поспорила с этим. Во-первых, хищник действительно бил бы в спину, а не бросал перчатку в лицо. Во-вторых, почитайте историю: сколько раз и Хазария, и Византия свои руки к нашим землям тянули, да в рабство людей наших уводили? Не по заслугам ли им воздалось?!

Кстати, если кого-то заинтересовали работы художников Ольшанского Б. М. и Киреева В. Н., то вы можете посетить их сайты – не пожалеете. Художники совершенно разноплановы по стилю, но сколько души в их работах!

Фотографии работ Киреева Владимира Николаевича и Ольшанского Бориса Михайловича взяты с их официальных сайтов с персонального разрешения на публикацию

Автор статьи — @seagull15

Приглашаем авторов в сообщество «Мастерская художников»

---

---