В государстве Кадамбов джайны (как дигамбары, так и шветамбары) очень тщательно подходили к выбору людей для посвящения. Как пишут Джинасена и Рависена, кандидат должен был обладать крепким здоровьем, ясным умом и «чистой» родословной.
В то время общество было четко разделено на варны, причем буддийские и джайнские авторы ставили кшатриев выше брахманов, что противоречило традиционным брахманским взглядам. Это различие проявлялось даже в правилах брака: если брахманы разрешали мужчине своего сословия жениться на кшатрийке, то буддисты и джайны считали правильным союз кшатрия с брахманкой.
Несмотря на различия в религиозных доктринах, кастовая система была характерна для всех трех религий того времени. При этом, как отмечает ряд историков , индуистское общество обладало удивительной способностью поглощать чужеземцев: пришлые народы (греки, кушаны, саки и другие) со временем полностью ассимилировались, перенимая местные обычаи и забывая свои корни.
В средневековой Индии существовал уникальный обычай: в память о погибших героях устанавливали специальные мемориальные камни с надписями и скульптурами, которые фактически приравнивали павших к божествам. Историк Упендра Сингх отмечает, что больше всего таких памятников (более 2,5 тысяч) сохранилось в регионе Карнатака.
Хотя чаще всего их ставили мужчинам, встречаются и исключения. Например, есть камни в честь женщин, защищавших свои дома, и даже животных: известны памятники собаке, погибшей в схватке с кабаном, и царю, который умер от горя после гибели своего попугая. Также сохранился мемориал рабу, получившему почетный титул за то, что он ценой собственной жизни одолел тигра-людоеда.
Некоторые исследователи утверждают, что практика сати возникла значительно позже ведического периода. В Ригведе о ней нет ни слова, а в Атхарваведе описан лишь обряд, где вдова ложится рядом с мужем на костер, но сразу встает, чтобы продолжить жизнь, выйти замуж и родить детей.
Авторы древних правовых текстов (Дхармасутр и Смрити) также не знали о сати, призывая вдов к жизни в отречении. Упоминания об этом обычае в литературе начинают появляться только с IV века н.э. (у таких авторов, как Калидаса и Бхаса), а первые реальные исторические свидетельства самосожжения вдов относятся к началу VI века.
Обряд сати далеко не сразу был принят индийским обществом. Известные поэты, например Бана (VII век), и создатели тантрических текстов считали его бесчеловечным. Однако к 700 году отношение к традиции начало меняться, особенно в Кашмире и Раджастане. Появилось убеждение, что самопожертвование вдовы очищает душу мужа от грехов и обеспечивает паре место в раю. Это сделало сати «престижным» среди воинов.
Постепенно к ритуалу стали прибегать не только вдовы, но и другие члены семьи, а также слуги. На юг Индии эта практика пришла лишь к 1000 году. В то же время она перестала быть привилегией исключительно кшатриев, затронув брахманов и даже джайнов. Несмотря на это, данные по Карнатаке показывают, что сати не было массовым явлением: за шесть столетий там зафиксировано лишь немногим более полусотни случаев, что говорит о его ограниченной популярности даже в воинской среде.
Обряд сати далеко не сразу был принят индийским обществом. Известные поэты, например Бана (VII век), и создатели тантрических текстов считали его бесчеловечным. Однако к 700 году отношение к традиции начало меняться, особенно в Кашмире и Раджастане. Появилось убеждение, что самопожертвование вдовы очищает душу мужа от грехов и обеспечивает паре место в раю. Это сделало сати «престижным» среди воинов.
Постепенно к ритуалу стали прибегать не только вдовы, но и другие члены семьи, а также слуги. На юг Индии эта практика пришла лишь к 1000 году. В то же время она перестала быть привилегией исключительно кшатриев, затронув брахманов и даже джайнов. Несмотря на это, данные по Карнатаке показывают, что сати не было массовым явлением: за шесть столетий там зафиксировано лишь немногим более полусотни случаев, что говорит о его ограниченной популярности даже в воинской среде.
Впрочем, историки отмечают, что рост числа зафиксированных случаев в позднем Средневековье может быть связан не столько с реальным увеличением популярности обряда, сколько с изменением характера эпиграфики и летописания. Установка мемориальных камней (сати-калл или мастикал) стала важным инструментом легитимизации статуса семьи и демонстрации верности воинскому долгу. Таким образом, сати превратилось в своего рода социальный маркер, подчеркивающий престиж рода, даже если сама практика оставалась маргинальной для большинства населения.
Все иллюстрации ( картинки и карты) сгенерированы нейросетью по моему запросу, либо взяты в открытом доступе во всемироной сети интернет. Этот пост был мной написан специально для блокчейн-проекта ГОЛОС, и ещё ни где не выкладывался! Размещая материал на других ресурсах, я буду давать прямую ссылку на оригинал статьи на блокчейн-проекте ГОЛОС.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ!
Источники:
- Moraes, George M. The Kadamba Kula, A History of Ancient and Medieval Karnataka. Asian Educational Services, New Delhi, Madras, 1990.
- Sastri, Nilakanta K.A. (2002) . A history of South India from prehistoric times to the fall of Vijayanagar. New Delhi: Indian Branch, Oxford University Press.
- Chopra, Ravindran & Subrahmanian, Nilakanta K.A. (2003) . History of South India (Ancient, Medieval and Modern), Part 1. New Delhi: Chand Publications.
- Adiga, Malini (2006) . The Making of Southern Karnataka: Society, Polity and Culture in the early medieval period, AD 400–1030. Chennai: Orient Longman.
- Chopra, Ravindran & Subrahmanian, Nilakanta K.A. (2003) . History of South India (Ancient, Medieval and Modern), Part 1. New Delhi: Chand Publications.
