Намибия сверху вниз, или путешествие с оптимистом-реаниматологом, часть 2

Итак, второй день нашего пребывания в Замбии и первый день собственно нашей экспедиции. Мы подъезжаем к Замбези и должны переправиться на другой берег, где, уже другое государство, а именно – Ботсвана. На переправе нам пришлось потерять почти два часа, но это время не было потеряно даром.

Я вновь сделал несколько интересных наблюдений, насколько похожи африканские страны и наша несчастная родина. Перед въездом за шлагбаум переправы идет бойкая торговля деньгами, точнее зимбабвийскими долларами. Можно купить миллиард зимбабвийских долларов за один-два американских. Причем это может быть и пачка денег и одна купюра достоинством в миллиард. А, по-моему, была выпущена и купюра в триллион, и даже биллион.

Экономика несчастной Зимбабве, благодаря «умелому» руководству диктатора Мугабе, между прочим, сторонника социализма и национализации промышленности, рухнула настолько, что инфляция была даже не ежедневная, а ежесекундная, и, в конце концов, стране пришлось отказаться от собственной валюты и официально ввести хождение доллара, евро, южноафриканского ранда и намибийского доллара. Но, зато на выборах господин президент побеждает с завидной регулярностью.

Переправа же осуществлялась тремя небольшими паромами - один обычно отправлялся от нашего берега, другой от противоположного, а третий двигался где-то посередине. При этом с обеих сторон скопилось довольно много машин разного калибра, и длинномеров с прицепами, закрытыми от непогоды брезентом, просто грузовиков, легковушек, и простых людей, желающих попасть на другой берег.

Механизм перевозки был предельно прост: командовал погрузкой какой-то местный малый, у него был помощник в форме, и, хотя существовало какое-то подобие очереди между машинами, начальник мог остановить очередника и пропустить другой транспорт, руководствуясь какими-то своими резонами, не вполне понятными простым переезжающим, каковыми мы и являлись.

Понаблюдав это все немного, я решил, что надо вмешаться в ход событий, поскольку наши ребята-проводники были настроены уж очень законопослушно. Подхожу к начальнику и веду с ним задушевную беседу на чистом русском языке, объясняю, как несказанно ему повезло, что сегодня у него на переправе присутствуют русские туристы, которые ждут уже довольно долго своей очереди, а они сильно спешат, у них важные дела и т.п. Все это подкрепляется энергичными жестами, показывающими то на нашу сплоченную группу, то на переправу, то недвусмысленным постукиванием по циферблату часов.

Вначале начальник слегка опешивает, то ли от моего напора, то ли звуков незнакомой речи, потом пытается слабо огрызаться, но это сразу жестко пресекается мной, бывшим советским человеком с почти полувековым стажем (вспоминаем знаменитое: «…ну ты ж советский человек!»). И, видимо, понимая, всю безысходность ситуации, он сдается и на чистом английском языке обещает пропустить нас следующим паромом. Но, тут-то вновь сказывается наша похожесть с африканской действительностью - слово свое он не держит (о, депутаты всех мастей, чиновники всех уровней, черненькие и беленькие!!!), и мы переправляемся только через один паром, причем он старательно отводит свои плутоватые глаза от моего гневно-вопрошающего взгляда, которым я периодически пытаюсь сверлить его на расстоянии.

Но, самое удивительное и обидное в том, что вся наша группа, включая рейнжеров, прямо таки покатывается со смеху, глядя на мои потуги наладить русско-замбийские отношения. А чем они хуже всей нашей внешней политики, скажите на милость?!

Наконец, переправа позади, и на берегу нас встречает незаметный полицейский эскорт в виде полицейской же машины и двух собственно полицейских, одна из которых женщина. Они сопровождают нас к пограничному пункту, представляющему собой не что иное, как два вагончика – один для прибывающих, другой, наоборот, для убывающих. Здесь снова есть возможность почувствовать себя белым человеком, ведь виза для граждан России в Ботсване не нужна! Штамповка в паспорт, традиционное рашша гуд на прощание, и мы уже катим по ботсванщине. Наш лодж находится неподалеку.

Вот и наш лодж под названием Торо. Он стоит прямо на берегу реки Чобе, и представляет собой разбросанные по полю маленькие симпатичные домики под традиционными для Африки крышами из пальмовых листьев. Здесь у нас перекус и водное сафари по парку Чобе на моторной лодке. Начал накрапывать мелкий противный дождик, это мокрое природное явление будет сопровождать нас примерно половину пути.

Вообще-то дожди и в Ботсване и в Намибии должны уже закончится, но, то ли всемирное потепление, то ли господь бог, только дождей выпала столько, что, как говорится, старожилы не припомнят. Одеваемся потеплее, ведь за нами прислали открытую сафари-машину лоджа. Женщины зябко кутаются в свои норковые манто, а мы с доктором мужественно прикрываем их своими телами. И тут-то и начинает проявляться безудержный оптимизм нашего попутчика.

• Доктор, погодка вроде не очень?
• Отлично, не жарко.
• Но ведь не очень хорошо для сафари?
• Зато не сгорим!

Выясняется, что доктор на сафари в первый раз, ему все хочется увидеть, но больше всего бегемотов, я же настроен менее оптимистично, в такую погоду живность прячется, да и растительность уж очень густая после дождей.

• Все будет отлично, - говорит этот неисправимый оптимист, и ведь оказывается прав!

Приезжаем в Чобе Марина Лодж, расположенный внутри парка, пересаживаемся в лодку, благо у неё есть тент сверху, и выплываем. Поначалу действительно ничего интересного, в воде никого, кроме традиционных африканских якан, которые бегают по листьям кувшинок, собирая свой нехитрый улов в виде различных насекомых и мелких лягушек.

По берегам такая густая растительность, что сквозь нее удается видеть только мелькающие силуэты антилоп импала и куду, которых не удается даже сфотографировать. Кругом полно луж, трава мокрая, влаги достаточно, и животные вряд ли пойдут к реке пить, а на этом и построено все водное сафари. Настроение портится…

• Ну, доктор, что я говорил?
• Еще же не конец, все будет хорошо!

Приближаемся к стаду бегемотов, их глаза и уши едва торчат из воды, настроение падает практически до нуля. Но, вдруг все меняется как по мановению волшебной палочки, и бегемоты начинают свою традиционную игру – кто кого укусит за морду. Происходит это обычно следующим образом: Два бегемота что есть силы разевают свои пасти и пытаются укусить друг друга своими огромными клыками, достигающими 20 -30 см, при этом они громко хрюкают, отчаянно брыкаются, пытаясь занять господствующее верхнее положение. При этом соседи спасаются как могут, стараясь не попасть под разъяренные туши соперников. Обычно так выясняют отношения взрослые самцы за территорию и самок, и битвы эти иногда заканчиваются смертью побежденного.

Бегемоты – очень территориальные животные, именно поэтому они и снискали себе славу одного из самых опасных животных Африки. От этих страшных клыков, которыми бегемот легко может перекусить крокодила пополам, гибнет самое большое количество людей в Африке, хотя бегемот и не хищник, а мирный травоядный.

В нашем же случае имеют место игры подрастающих юнцов, которых гормоны заставляют начинать потихоньку тренировку для взрослой семейной жизни. Но, внешне все очень похоже на настоящее выяснение отношений, поэтому мы хватаем камеры и затворы щелкают, стараясь запечатлеть интересные кадры. Игра-битва прекращается так же внезапно, как и началась, но надо сказать, что снять такое удается далеко не всегда, ведь бегемоты – ночные животные и днем они лениво лежат в воде, прячась от зноя, и над водой торчит лишь часть морды с ушами, да фыркающие ноздри. Несомненно, оптимизм доктора заработал!

• Доктор, а ведь нам повезло, такое не часто удается увидеть!
• Ну, я ж говорил, что все будет хорошо!.

Едем, в смысле плывем дальше, видим чудо чудное, диво дивное, огромный бегемот пасется, пользуясь пасмурной погодой. Обычно бегемоты прячутся от обжигающего солнца и не выходят на берег до его захода, ведь они легко сгорают на солнце, по причине отсутствия в их организме защитного пигмента меланина. Прямо рядом с гигантом стоит маленькая цапля, как пример удачного природного симбиоза. Бегемот баламутит воду, вспугивая мелкую речную живность, словно накрывая скатерть-самобранку для птицы. А она, в благодарность собирает с него всяких паразитов, правда может немного и… испачкать сверху. Есть у цапли и свой собственный способ охоты на мелкую рыбешку и лягушек: чтобы не отбрасывать тень, отпугивая тем самым добычу, птица веерообразно смыкает крылья, словно образуя зонтик от солнца, в центре которого притаился смертоносный клюв, и ждет подплывающую рыбешку. А, когда та беспечно подплывает, остается лишь подхватить её и проглотить.

Но, на этом наша удача не заканчивается – ведь у нас на борту доктор-оптимист! И вот мы уже возле слона, который вышел на берег, и задумчиво ковыряет ногой яму в земле, отбивая маленькие и не очень кусочки, затем он так же не спеша кладет их в рот и медленно пережевывает, не обращая на нас никакого внимания. Таким, странным на первый взгляд образом, слоны восполняют недостаток минералов и получают лекарство для пищеварения.

Время поджимает, мы прощаемся со слоном, и поворачиваем назад к лоджу. Но по дороге встречаем еще одного слона, молодого самца, который пришел к реке попить. Он забрасывает хобот в воду, засасывает её, а зараз слон может всосать около 50 литров воды, затем поднимает хобот, немного запрокидывает голову и с шумом выливает себе в рот. Звук при этом такой, как будто из пожарного насоса кто-то качает воду с небольшой высоты, и она, журча, стекает вниз.

Прощаемся и с этим слоном-насосом, и возвращаемся в лодж. Но, судьба-оптимистка доктора преподносит нам еще один сюрприз. Для того, чтобы лучше оценить произошедшее, придется сделать небольшое отступление и рассказать предысторию события. По дороге мы часто видим искусно сделанные фигуры различных африканских животных, иногда в натуральную величину. Они стоят у развилок, указывая на тот или иной лодж, либо ресторан, магазин сувениров ит.д. И доктор иногда восхищался большой натуральностью и похожестью этих макетов.

Так вот, не успели мы сделать и десяток шагов к нашему бунгало, как служащий говорит мне, что на территории нашего лоджа пасется большой бегемот. Я бегу к домику доктора, кричу ему, что у нас бегемот, он быстро выскакивает, держа фотоаппарат в руке, и мы рысью устремляемся на небольшой пригорок с которого нам призывно машет рукой служащий. Подбегаем, смотрим, действительно невдалеке стоит большой бегемот, низко наклонив голову и не шевелясь. А уже наступают сумерки, и видимость уменьшается с каждой минутой. Проходят несколько томительный секунд,… бегемот не шевелится! Доктор начинает чуять неладно, и подозрительно смотрит попеременно, то на меня, то на местного хлопца, очевидно думая, что его пытаются разыграть.

-Это же макет!
-Но его же не было раньше!
-Так поставили в наше отсутствие!

И, в тот момент, когда Дмитрий немного отвлекся, я, боковым зрением улавливаю небольшое движение в этой неподвижной статуе бегемота! Его малюсенький, смешной, непропорциональный огромной туше хвостик, делает оборот и вновь замирает. Я тревожно говорю доктору, что это не статуй, и не какой не макет, а настоящий живой бегемот! Но, доктор уже закусил удила, он не верит ни единому моему слову, он не хочет, чтобы над ним потешались как над новичком, и …. делает несколько быстрых шагов в сторону неподвижного «макета».

И тут бегемот, прикинувшийся статуей, вздрагивает, и мотает головой, …а доктор, никак не ожидавший, что статуя оживет, громогласно вскрикивает: «Ой», и кидается прочь от зверя, а тот в свою очередь до смерти напуганный криком, со всех своих ног бросается наутек к реке, прочь от отважного исследователя бегемотовых макетов. В общем, они удирают друг от друга, а мы со служителем покатываемся со смеху, глядя на эту сцену.

На самом деле все не так безобидно, как может показаться на первый взгляд. Все могло бы завершиться не так благополучно, находись мы между бегемотом и рекой, тогда зверь мог бы решить, что мы пытаемся отрезать его от спасительного русла, и напасть на нас. А, памятуя о его тридцатисантиметровых клыках, буйном нраве и двухтонной туше, ничем хорошим это бы не закончилось. Позже мы познакомились с двумя вооруженными полицейскими, которые специально находились на территории лоджа в темное время суток именно для того, чтобы обеспечивать безопасность туристов от бегемотов, и, возможно, безопасность бегемотов от браконьеров. Вот так мечта нашего доктора о встрече с бегемотом и осуществилась в полной мере. Вот она – великая сила оптимизма простого российского доктора-реаниматолога!

Но Торо лодж преподнес нам и еще один любопытный урок, причем в такой сфере, в какой казалось бы Африка не может претендовать на первенство, а именно в сфере сохранения информации и компьютерных данных, …. причем вместе самим компьютером. В баре отеля и был сделан этот любопытный снимок.