Лес для друзей. Юго-плюшевый десант. Сказка. Продолжение.

Леса бывают разные. Тайга для зверей, лесопарки для людей, а еще бывают леса, где животные живут как люди - взрослые покупают продукты в магазине, ходят на работу и ждут выходных, а малышня бегает в школу и дурачится на каникулах, как и все дети во всем мире. Вот про этот лес и моя история.

Ученый с мировым именем, мексиканский энтомолог дикобраз Дон Эстебан Эспино Агуда Остроиголкин, ранним утром проснулся в хвойном лесу, на земляничной поляне, окруженной высоченными елками. Он сделал несколько упражнений из утренней зарядки, умылся холоднющей росой и радостно похихикал. Проходивший мимо поляны лось приветливо мотнул ему рогами, дикобраз вежливо ему поклонился и прикоснулся к несуществующей шляпе. Дормидонт широко улыбнулся и пошагал дальше на своих длиннющих ходулях. В ветвях деревьев громко чирикали ранние птички, из леса несло прохладным ветерком с запахами смолы, мха и грибов, а сверху ласково, по-утреннему пригревало солнце. Ученый радостно подпрыгнул, перекувырнулся через голову, присел и оглянулся - нет, вроде никто не видел. Серьезному дикобразу было совсем несолидно кувыркаться и прыгать, как какому-то маленькому бурундуку. А хотя... вокруг был лес, а не родные пампасы, где его знали все от больших бизонов до последних койотов и неуклюжих сурков. В общем, Дон Эстебан уже почти полтора месяца жил в гостях у своего дальнего родственника, европейского ежа учителя начальных классов Марка Волосановича, в европейском лесу, в северном полушарии. 

Впрочем, здесь тоже все уже знали и уважали мексиканского ученого - родственник Марк Волосанович угощал его чаем с земляникой, лесничий медведь Роберт Рюрикович угощал чаем с малиной, сова Гертруда Алефтиновна угощала чаем с ранней черникой, суровый с виду кабан Борислав Арнольдович, рыбак и директор кинотеатра, угощал чаем с сушеной рыбкой и застенчиво выпрашивал пару иголок на поплавки, а ВасиЛис Яанович, бывший моряк и ночной сторож в магазине, угощал чаем с колбасой и булками. Сначала, конечно, встала проблема межнационального общения, но она быстро пропала - ведь хорошие люди и звери всегда могут договориться. Кое-кто в лесу говорил на латыни, лис Василис знал английский язык, а уже через пару недель сам ученый вполне понятно объяснялся на русском. 

Он целыми днями, а то и ночами ходил с сачком по лесу, ловил насекомых, фотографировал их для коллекции и пугал грибников своим необычным видом, наслаждался созерцанием незнакомой северной природы, купался в озере и отдыхал - отпуск, в общем, удался! И этот день обещал быть прекрасным! Дон Эстебан обулся в свои модные остроносые сапоги с блестящими пряжками, достал из кустов залитый с вечера самовар, накидал в него специально заготовленных щепочек, нарвал горсточку земляничных листочков для заварки и разбудил своего родственника, ежа Марка Волосановича. Тот потянулся, помахал в воздухе всеми лапками поочередно, начал делать зарядку, но вдруг остановился.

- Какое сегодня число?- неожиданно спросил еж. 

- Месяц ягодник, десятое,  а что случилось? - встревожился дикобраз.

Еж посмотрел на солнце.

- Эстебан, чай сегодня отменяется. Надо идти на станцию.

- Ты куда-то уезжаешь? - удивился энтомолог.

Конечно, у зверей в их лесу было много всего хорошего и не очень, но железной дорогой они пользовались человеческой - тихонько, незаметно, так что люди даже и не догадывались. Сам ученый недавно приехал так же - в ящике, приспособленном для перевозки собак, встроенном в старые вагоны.

- Нет, - улыбнулся еж, - я сегодня встречаю.

- Кого? - заинтересовался дикобраз.

- Пойдем, тебе понравится, - еж умылся росой, ловко сплел из земляничных листьев панамку, надел сандалики с блестящими пряжками, очки, взял иностранного родственника под локоть и зашагал в сторону станции.

По дороге он объяснил, что ожидается приезд целой делегации - школьников из далекой страны Китая под руководством преподавателя физкультуры. А сам Марк Волосанович должен был представлять школу, принять гостей и разместить на проживание в спортзале.

У деревенской станции, со стороны леса, за ближайшими деревьями вдруг оказалось очень тесно. Тут уже находились Борислав Арнольдович, как представитель администрации, Роберт Рюрикович  - представитель лесничества и всё лесничество в одном мохнатом лице, сова Гертруда Алефтиновна, как представитель совета ветеранов леса, и даже лис Василис, который представлял только себя. А что - ночная смена в магазине  уже закончилась, спать еще не хотелось, а тут такие гости! Вот и пришел - из любопытства. Все поздоровались, уселись на землю и дружно начали ждать, тихонько переговариваясь.

Наконец вдали загудело, слепящие на солнце рельсы с той стороны стали темнеть, и вот показался поезд. Он подошел к станции, со стороны деревни опять никто не сошел, а со стороны леса под вагонами что-то зашевелилось, стали открываться собачьи ящики, и вдруг из них посыпались одинаковые плюшевые комочки. Они ловко скатились под насыпь, а когда поезд ушел - одновременно, как по команде, выстроились в шеренгу - одинаковые пушистые медвежата в одинаковых синих костюмчиках и кедах, в одинаковых бейсболках, с абсолютно одинаковыми рюкзачками и все в темных очках. Рядом с ними вдруг появился тощий высокий лис в таком же костюмчике и бейсболке, но без очков. Он что-то скомандовал на незнакомом резком языке, медвежата встрепенулись, встали по стойке смирно и дружно ответили "Слава КПСС"!

- Ясно, руководителя зовут Слава, - объяснила сова заинтересованным соседям, - КПСС - какая смешная китайская фамилия. А имя нормальное, как наше.

- Не Слава его зовут, - ответил ВасиЛис Яанович. Он напрягся, пару раз протер поврежденный глаз, всмотрелся и добавил:- это ЛисИвас Янайчи, родственник мой. Мы с ним в детстве на Дальнем Востоке жили, дружили, вместе в моряки пошли. Потом потерялись, а вон где встретились...

Все сочувственно смотрели, как у него из больного глаза выкатилась огромная слеза, но в это время ЛисИвас что-то скомандовал, медвежата повернулись направо и пошли за ним в сторону леса, настороженно оглядываясь, но дисциплинированно не подавая вида. Принимающая сторона выступила из леса для торжественной встречи делегации. Две шеренги выстроились друг против друга - десять одинаковых медвежат - кстати, очки оказались обычными черными пятнами вокруг глаз на белых пушистых головках - и высоченный лис слева, и группа разнообразных животных с другой стороны, с высоченным лисом справа. Местные взрослые вежливо поздоровались, а медвежата опять дружно ответили "Слава КПСС" и вскинули вверх руки.

- Да что это за Слава?- проворчал дикобраз. Остальные усмехнулись.

- Эстебан, я тебе потом объясню, - прошептал еж.

Принимающие стояли, переминаясь, не зная, кому ответить на приветствие. Но тут Василис Яанович, удачно вставший против своего родственника, шагнул вперед: - Воистину КПСС! Принимающие на удивление слаженно тоже вскинули руки в китайском приветствии.

Лисовины шагнули навстречу друг другу, пожали руки, одновременно развернулись и скомандовали "вольно", лесные представители вздохнули, а медвежата вдруг всей гурьбой побежали к ним, протягивая правые лапки и что-то пища.

- На русском, - вдруг скомандовал их руководитель. - Вы почему в делегацию попали? Потому что лучше всех на русскоязычном факультативе учились!

Медвежата остановились, вежливо извинились, смешно шепелявя и путая падежи, окружили сову, дикобраза, ежа, кабана, медведя, а два лиса остались стоять напротив друг друга, потом вдруг рванули навстречу и крепко обнялись.

- Вот же кремни, - негромко произнес медведь, - вроде тощие, несерьезные, а дело прежде эмоций. Уважаю. - Кабан задумчиво кивнул.

Наконец кутерьма закончилась, всем принимающим навязали зеленые шейные косынки, такие же, какие висели на шеях черно-белых медвежат.

Еж прочистил горло, все посмотрели на него. - А теперь, дети, представьтесь, - строгим учительским голосом произнес он. Медвежата дисциплинированно выстроились по росту - хоть любой из них был в несколько раз крупнее и тяжелее колючего педагога в легкомысленной панамке из листочков и ягодок, но голос, блестящие пряжки, сверкающие очки и костюм в сеточку вызывали уважение.

- Ан Пу,- представился первый.

- Ан Ву, - добавил второй.

- Ан Жу, - вставил третий.

Еж хмыкнул. Подошедшие лисовины расхохотались. 

- Вы их по номерам называйте, они в курсе, - объяснил Лисивас Янайчи, - мы их предупреждали, что так проще.

- А почему других животных нет? - поинтересовался еж. - У нас в школе все звери вместе учатся, а это же один вид?

- Мы из школы - интерната для панд в заповеднике, - ЛисИвас погладил ближайшего медвежонка по голове. - Восьмая, назначаешься старшей, веди всех по тропинке, но будьте бдительны, как положено китайскому пионеру!

Восьмая что-то скомандовала по-китайски, поморщилась и исправилась: - ситиройся, раняся, смира! Песню напевай!

Медвежата быстро построились за ней и затопали по тропинке. Из-за деревьев доносилось "несышны лисУ мыши хороши".

- Девочка? А как вы их отличаете? - поинтересовалась неслышно подошедшая сова, до сих пор ошарашенная необычной встречей - впрочем, как и все остальные животные.

- Панды как-то отличают, - объяснил китайский лис, - а другим проще, если знать, что у мальчиков куртки направо запахиваются, а у девочек налево. Ну, естественно, когда познакомитесь - различать начнете.

- Какие-то они.. одинаковые, - проворчал медведь.

- А знаете, что они про вас между собой говорили?- расхохотался ЛисИвас, - что все русские на одно лицо.

Близнецы сова и кабан посмотрели друг на друга, на остальных, сравнили, расхохотались и пошагали вслед, распевая вслух песню приамурских партизан, красиво выводя рулады на китайский манер.

Панды быстро шагали, сосредоточенно оглядывая незнакомый лес. Хотя чего так незнакомого - елки те же, березы, осины, кусты, так же пахло грибами, как и дома, так же чирикали птички. Медвежата понемногу расслабились, замедлились, еж догнал их и пошагал впереди, показывая дорогу. Мексиканец-энтомолог фотографировал без остановки, а два лиса отстали. - Василис, моих не обидят?- спросил Лисивас.

-Не волнуйся, у нас уже КПСС давно не слава, - усмехнулся сторож, и родственники, не видевшиеся много лет, заговорили о своем.

Когда торжественная колонна подошла к школе, там было полно лесного народа - оказывается, вездесущие бурундуки уже успели разнести новость по всему лесу. На лесной площади важно стояли взрослые, что-то обсуждали, переговаривались, под лапами и копытами бегала мелочь - полосатая, пушистая, пернатая, дурачилась, боролась, пищала, в сторонке сидела на пеньке принаряженная в милицейский пиджак и цыганскую юбку ондатра Фруза Малиновна - за последнее время она очень изменилась, стала следить за собой, вежливо со всеми здоровалась и даже оказалась вполне нормальным животным. В общем, все радовались неожиданному поводу для встречи, шумели, кто-то хохотал в уголке, где собрались подростки из старших классов, но вдруг все разом затихли - на поляну вышли одинаковые юные иностранцы, построились в шеренгу и по команде незнакомого лиса выкрикнули "Слава КПСС"! Лесные животные ошарашенно молчали.

- Да ладно, ребятки, - усмехнулся ЛисИвас, - вещи в школу, ученики покажут, куда, и знакомьтесь! Жить будете по семьям! 

Панды одинаковыми движениями скинули рюкзаки, расстегнули верхние пуговки на куртках - и вдруг изменились! Завизжали, запрыгали, закувыркались по зеленой травке, к ним тут же присоединились и хулиганы, и отличники, и невысокие взрослые - началась веселая кутерьма, и только Фруза Малиновна деловито привязывала их рюкзаки к рогам лося - повыше, чтобы в давке не повредили. А потом был пир! Хищники жарили на мангалах охотничьи колбаски и сардельки из магазина, остальные натащили ранних яблок, грибов, пригодились прошлогодние орехи, от тарелок с черникой и малиной поляна была похожа на красивый китайский ковер, все ходили украшенные зелеными нашейными платками, китайскими солнечными очками, которые делали их похожими на панд, в новых кедах, которых, оказывается, медвежата привезли целые рюкзаки, а Фруза Малиновна то и дело прикладывала к уху электронные часы - подарок ЛисИваса Янайчи, которому понравилась ее забота о детских вещах.

Правда, сначала встала проблема, чем кормить гостей - оказалось, что они питаются только бамбуком, но тут бобренок Игорек, отличник, вспомнил, что бамбук родственник наших тростников, тут же была организована экспедиция на болото,  и вскоре пандята, в полностью расстегнутых - так, что уже непонятно, кто мальчик, а кто девочка,- курточках, измазанные илом и глиной, весело хрустели белыми корешками, запивая их смородиновым чаем.

Вечером, когда праздник был окончен, мусор убран, а животные развели гостей по своим норам, дуплам и гнездам, еж и дикобраз развели небольшой костерок на своей земляничной поляне. 

- Как у вас интересно, оказывается, - радовался ученый, разглядывая картинки на своем фотоаппарате, - я думал, у вас скука и снег круглый год, а тут, оказывается, жизнь кипит!

Еж хитро усмехался в ответ.

А на поляне возле магазина опять горел высокий костер. Искры, вылетавшие из огня, смешивались с небесными звездами, а возле него сидели два одинаковых лиса, пили чай, по почереди играли на гитаре и что-то друг другу рассказывали. А рассказать им было что, ведь они так давно не виделись!