«Премьера Голоса». Роман Яна Бадевского «Неос» (часть 3-я)

Обложка @konti

Автор: Ян Бадевский @zaebooka

Продолжение. Часть 1-я, часть 2-я

3

Дюран проснулся от чувства потери.

Ночью что-то случилось, и по мыслящей среде пошли волны непонимания. Вставки восприятия вибрировали, усиливая общий уровень тревожности. Дюран мог подключиться к среде прямо сейчас, но не стал этого делать. Хотелось больше определённости, больше фактов.

Ночь на поверхности Сферы — понятие относительное. Мегаструктура не имела никакого отношения к вращению планет, суточным циклам и прочим условностям, веками определявшим биологическое восприятие времени. Но природу не обмануть — люди нуждались в закатах и рассветах. Поэтому суточный цикл, настроенный по земному стандарту, регулировался искусственно. Неизменным оставалось освещение лишь на технических уровнях, платформах Гиперпетли и в коммуникационных тоннелях. Подсветка жилых ячеек в автоматическом режиме гасилась и активировалась — плавно, без участия человека. Конечно, хозяева квартир меняли алгоритмы в зависимости от своего графика и настроения. Но в местах общего пользования за смену дня и ночи отвечал искусственный интеллект. Существовали обширные рекреационные зоны — парки, сады, заснеженные территории для лыжников и сноубордистов. Там поддерживался определённый микроклимат, а голографические экраны имитировали земное небо. Дюрану доводилось прогуливаться и по дождливым секциям, пользующимся популярностью у выходцев из Юго-Восточной Азии, и по пустынным областям, имитирующим Сахару, и по горным тропам для любителей трекинга.

Рекреационные зоны, в большинстве своём, были многоярусными. Толщина Сферы ограничивалась несколькими сотнями метров, а вот горизонты и вертикали громоздились до бесконечности. Изгибы, формирующие шарообразную структуру, не воспринимались визуально — масштабы были запредельными.

Накануне вечером Дюран прогуливался по осеннему парку, дорожки которого плавно поднимались вдоль стен и врастали в мостики с высоким ограждением. Возникало ощущение подъёма по бескрайнему термитнику, секции которого кто-то заполнил деревьями, подлеском и нарочито неподстриженными газонами. Создавалась иллюзия лёгкого запустения, экзистенциальной заброшенности. Жёлто-красная листва шуршала под ногами, а над головой, перечёркивая голографические небеса, вились десятки ажурных мостов. Чем выше поднимался Дюран, тем сильнее ощущались конвекционные потоки, заменявшие обитателям Сферы обычный ветер. Пахло землёй, перегноем и вентиляционными шахтами. Вдалеке громыхнуло — собирался дождь.

Дюран, будучи уроженцем Земли, так и не смог привыкнуть к перспективам, открывавшимся внутри обжитых секторов. Две вертикальные стены в рекреационных зонах могли отстоять друг от друга на полсотни метров, но при этом тянуться к недостижимым далям в вертикальном разрезе. Словно попадаешь в учебник геометрии, написанный сумасшедшим профессором.

Изредка Дюрану снился город, разверзающийся под ногами и перестраивающий здания в две бескрайние стены. Ты падаешь, как это бывает в детских кошмарах, и не можешь достичь дна. А вокруг — нагромождения витрин, перекошенных мостов, торчащих из стен фонарей и замкнутых на мёртвый канал плазменных билбордов. Ты пролетаешь мимо старинных террас с растрескавшимися балясинами, канализационных люков и черепичных крыш. Ты падаешь…

В эту ночь ему снова привиделся старый кошмар.

И что-то случилось.

Дюран отправился в душ, наскоро привёл себя в порядок и перекусил. Кристер, самообучающийся квантовый компьютер последнего поколения, отлично готовил. Вещи подчинялись Кристеру, образуя прочную симбиотическую цепочку. Поэтому ровно в девять видеостена столовой активировалась, чтобы показать хозяину скопившиеся за сутки уведомления. Дюран предпочитал просматривать информационные блоки именно в таком формате — эхо устоявшихся привычек.

Его ячейка располагалась в Десятом Кластере — самом благополучном, респектабельном и защищённом из всех. Здесь обитали послы, представители комитетов и технократическая элита. Дюран принадлежал к числу главных аналитиков Сферы, он отвечал за прогнозирование будущего. А это — пропуск в зону избранных. Впрочем, переселение на поверхность строящейся мегаструктуры не радовало аналитика — ему больше нравилось жить на Земле. К мыслящей среде можно было подключаться из любой точки Солнечной системы, не говоря уже о физических путешествиях через болванки. Поэтому решение неоса перевести лучших специалистов на периферию неприятно удивило Дюрана. Но спорить с Покровителем никто не осмеливался уже несколько десятилетий.

— Стоп, — сказал Дюран. Его компьютер был настроен на голосовые команды. — Отмотай назад.

Аналитик успел расправиться со стейком и тыквенной кашей, когда одно из сообщений привлекло его внимание. Похоже, запись была доставлена час назад и имела приоритетный статус.

— Это срочное послание, — укоризненно произнёс Дюран.

— Я знаю, — согласился Кристер. Голос у компьютера был строгим, но приятным — Дюран несколько дней потратил на настройку тембра. — Но ты неоднократно говорил, что срочных посланий не бывает. Что нужно мыслить глобально и всё такое...

— Конечно, — отмахнулся Дюран. — Ты прав.

— Спасибо за понимание, — голос Кристера потеплел.

— Запускай, — Дюран нетерпеливо махнул вилкой.

Кадры сообщения замелькали в обратном порядке, затем двумерная картинка со звуком оживила пространство столовой. Верх минимализма, как сказали бы коллеги Дюрана.

На экране появился Андрей Колосовский, один из высших функционеров Департамента Безопасности Земли. Сорокалетний мужчина в строгом костюме, больше напоминающем френч. Редкие седые пряди, массивная челюсть. Довольно представительный вид, биоинженеры постарались на славу.

— Дюран, — лицо Колосовского несло на себе признаки усталости. — Мы ждём тебя на экстренном совещании. Убит Серадж Неру, его проекты заморожены. Подключайся незамедлительно.

Вот она — потеря.

Дюран замер, осмысливая произошедшее. Серадж Неру возглавлял комитет Дальней Разведки — открывал неизведанные миры и прокладывал туда червоточины. Неосу требовался строительный материал для возведения Сферы Дайсона, а планеты Солнечной системы никто уничтожать не хотел — там жили люди. Поэтому межзвёздные перемещения развивались семимильными шагами. Идея была в том, чтобы разбирать «бесхозные» планеты и астероиды, расположенные в слабозаселённых секторах Галактики. Дюран искренне надеялся на то, что однажды интересы человечества не пересекутся с интересами какой-нибудь могущественной и воинственной расы, готовой развязать космическую войну. Впрочем, пока неосы представлялись доминирующей силой.

Странно, подумал Дюран, что сообщение прислал Колосовский. Дело слишком серьезное, этим должен заниматься Вейшенг У.

— Мы закончили? — спросил Кристер.

— Да, — Дюран одним глотком допил яблочный сок и отставил пустой стакан. — Я подключаюсь.

Продолжение читайте в воскресенье 9 сентября

Редактор: @amidabudda

Новый клиент экосистемы блокчейн-платформы Голос для поэтов

Проголосовать за делегата stihi-io можно здесь

---

—

---

---