Культурный марксизм и вина белого человека. Часть шестая

Статья автора @mgaft1 для сообщества «Русское Зарубежье» @vp-zarubezhje.

Продолжение темы, первую часть можно прочесть тут, вторую тут, третью тут, четвертую тут, пятую тут.

Это приводит к связанной со стигмой белой вины - диссоциацией. Единственный способом избавления от стигмы - это найти способ отмежевания от образа того, что вы расист, что вы похожи на «старых белых», что вы все еще тайно являетесь сторонником Превосходства Белой Расы. Вы можете внешне улыбаться, но в вашем сердце вы еще тайно привержены расизму. Белые ходят под этим облаком подозрений и должны найти способ отмежеваться от него.

Первым примером диссоциации было «Великое общество» президента Джонсона. Почему вдруг в 1965 году миллионы долларов были потрачены на социальные программы, и был выброшен лозунг «навсегда покончить с бедностью в наше время»?

**

Почти все эти программы потерпели неудачу. Они не искоренили бедность, не привели к расовому равенству, и практически ничего не сделали. Но они отмежевали американское общество и американское правительство от клейма расизма.

Когда федеральное правительство призналось в расизме - это было слишком большой передачей морального авторитета меньшинствам. И правительство должно было сделать что-то драматичное, потому что грех был таким драматичным, продолжался так долго и явно нарушал принципы свободного общества. Президенту Джонсону пришлось иметь дело с беспорядками во всех концах страны: горел Лос-Анджелес, Нью-Йорк, Детройт, происходили разрушительные беспорядки, множество смертей и материального ущерба.

**

Выглядело все так, будто черные не собирались более отождествлять себя с Америкой как с нацией. Группы черного сопротивления начали возникать повсюду, такие как «Черные пантеры» в Окленде. То есть это уже не было пассивным сопротивлением.

**

Группы черного сопротивления были готовы к перестрелкам с полицией. Президент знал, что должно быть что-то грандиозное, чтобы отделить правительство Соединенных Штатов от прошлого. Сказать, что МЫ больше не такие, мы отличаемся от старой Америки! Это старая Америка, дискриминировала и угнетала людей. МЫ - новая Америка, и мы даже собираемся устранить бедность как возможное состояние!

Я помню то время. Каким бы бесполезным «Великое общество» Джонсона не оказалось сегодня в ретроспективе, в то время я бы перестал сомневаться в своем собственном правительстве, если бы оно не предприняло каких-то грандиозных шагов. Разумеется то, что было сделано тогда - было бестолково. Но нужно было сделать что-то! Нужен был грандиозный жест, потратить много-много денег.

Таким образом, цель «Великого общества» состояла не в том, чтобы положить конец бедности или достичь расового равенства. Цель его состояла в достижении легитимности для американского правительства и для американского общества.

И это определило то, что почти вся расовая политика со времен Великого Общества 1965 года была разработана не для решения расовых проблем, а для того, чтобы отмежевать американские институты и правительство от его прошлого, восстановить его моральный авторитет и легитимность.

Например, несколько лет назад, в Верховный суд были представлены сто предложений в пользу меньшинств всеми мыслимыми американскими учреждениями, корпорациями, городскими властями и даже военными. Но разве это было ответом на требования чернокожих или других меньшинств? Нет. Не было никаких шествий в Вашинштоне или демонстраций черных с требованиями. Давление было со стороны американских учреждений, требовавших, чтобы Верховный суд узаконил сохранение предпочтений для меньшинств.

О чем это говорит? О том, что эти учреждения находятся под стигмой. Их законность здесь поставлена на карту. Для них это - способ доказать, что руководство этих учреждений не расистское. Наоборот, оно готово включить всех. Таким образом, эти учреждения проводят политику многообразия - меньшинства должны быть привлечены. От этого зависит легитимность этих учреждений.

Гарвардский и Стэнфордский университеты, да что там, все университеты АйВИ лиг должны выдержать квоту 8% черных и цветных первокурсников в каждом классе. Не 7, не 6, а, по крайней мере, 8. Вероятно, без расовых предпочтений только 1 или 2 процента каждого класса первокурсников были бы черными. Остальные 7% являются результатом искусственных расовых предпочтений. Это очень негативно влияет на меньшинства.

Я думаю, что одна из самых жестоких вещей, которые может сделать общество - взять лучших и талантливых представителей чернокожих американцев, и через свою политику сказать им: «Вы не можете конкурировать с лучшими и талантливыми представителями других рас. Мы оградим вас от этого соревнования. Вы должны зависеть от нашего покровительства».

Какая жестокая вещь для группы, которая пытается преодолеть 4 века угнетения! Но заботится ли администрация Гарварда, Стэнфорда, Йельского университета, Принстона или о том, какое влияние они оказывают на чернокожих студентов, когда к ним относятся как к второклассникам? Даже к тем 1 или 2 процентам, которые попали бы в это заведение в любом случае.

Практически они говорят: «У нас 8% первокурсников должны быть черными. Это не забота о черных студентах, а забота законности учебного заведения. Если мы опустимся до 1 или 2%, то нас заклеймят как расистский университет: преподаватели не захотят здесь работать, мы потеряем гранты, престиж нашего учреждения в целом упадет. Так что, нам лучше иметь этот процент в классе первокурсников, и мы сделаем все, чтобы эти меньшинства заполучить».

В начале 1970 года Америка начала практиковать Агентство Благосостояния. То есть черным борцам за гражданские права было сказано: «Мы дадим вам немного больше средств к существованию, и вам не нужно делать вообще ничего: не воспитывать себя или своих детей, не быть женатыми, или иметь семьи. Если ваши дети вырастут и будут иметь детей, то, конечно же, мы также поставим их на социальное обеспечение. И им тоже не нужно будет ничего делать».

Так был создан стимул для человеческой инерции. Вы получаете вознаграждение за безделье. В некотором смысле вы вознаграждены за то, что отказались от своей человечности. Какое общество, кроме общества, пытающегося отмежеваться от стигмы расизма и вины, будет проводить подобную политику?

Как видите политика «Белой вины» не предназначена, чтобы помочь, но дает обществу возможность отмежеваться от расизма. Оно как бы говорит «Мы не расистское общество, мы знаем, что черным было тяжело, и мы дадим им социальное обеспечение без каких-либо условий. Вот как мы замечательны и щедры!»

Так начинает развиваться черный низший класс. Таким образом, уровень незаконнорожденности среди черных по сей день составляет около 70%. Во многих городских районах города уровень незаконности даже 90%. Один рэпер прокомментировал это так: «Брак – это для белых».

Даже рабство и сегрегация не принесли такого вреда темнокожим семьям, как политика «вины белого человека». Политика «благосостояния», основанная на политике «вины белого человека», нанесла огромный ущерб, если не уничтожала чернокожие семьи в Америке. Именно семьи были основными институтами в черной Америке, позволяющими черным пережить рабство, сегрегацию и притеснения.

То есть, «при Свободе», потому что мы живем в обществе, которое все время действует как виновное по отношению к черным, ничего от черных не требуя, и это наносит нам больше ущерба, чем угнетение.

Продолжение следует.

• Каталог статей автора сообщества «Русское Зарубежье» @mgaft1

Из США, ваш @mgaft1